Николай задумался.

— И что ты придумал?- спросил он спустя минуту уже более миролюбиво.

— Смотри — для того, чтобы в войсках появились твои пули — их надо откуда-то взять. А откуда берутся обычные пули?

— Их делают.

— Как?

— Пулелейками.

— А кто делает пулелейки?

Николай завис. Потом медленно произнёс.

— Не знаю…

— Во-от, — удовлетворённо кивнул Даниил.- О чём я и говорю. И тут возникает два пути. Первый — выйти на тех, кто делает пулелейки, и как-то заставить их переделать таковые под наши… то есть твои пули. Потому как если пуль в войсках нет — ничего не выйдет… Можем мы это сделать?

— Да откуда я знаю⁈

— Тогда есть второй путь. Твоя ж матушка-«государыня» попечительствует над всеми воспитательными домами?

— Ну да.

— Так вот — надобно попросить у неё сделать при Санкт-Петербургском воспитательном доме мастерские, где и организовать производство таких пулелеек. Их же много надо. Во-первых, как говорил Матвей Иванович у нас в армии ружья да фузеи аж двух десятков разных калибров. И под каждый нужно, как минимум, одну пулелейку.

— Почему как минимум?

— Дык, а ты знаешь, на сколько пуль её хватает? Может там тысячу отольёшь — и всё. В ремонт. Либо под замену. Или три тысячи. Да даже если и больше — в роте, почитай, две сотни стволов, сколько они за один бой пуль выстрелят? Даже если по десять — уже две тысячи пуль улетели. А сколько таких боёв?

— Ну да, может, — согласно кивнул Николай, чьи глаза уже разгорались азартом.

— Во-от. Так что на каждую роту минимум одну. Но, скорее всего — больше. Потому что, опять же, в роте могут быть разные ружья. Разного типа. Или даже если и одного — но с разным износом. Так что по бумагам калибр, вроде как, один — а фактически разный… То есть пулелеек точно нужно не одна, а больше. Умножаем на количество рот… Никак нам без своих мастерских не обойтись!

— Точно — сейчас же бегу поговорю с maman, — произнёс Николай, вскакивая на ноги.

— Стоп!- заорал Данилка.- Опять всё испортить хочешь?

— Чёй-та?- набычился Николай. По-русски он говорил весьма простонародно, поскольку на этом языке общался, почитай, только с Данилкой. А у того подобное обращение проскальзывало автоматически. Видимо остался некий рефлекс от прежнего хозяина тела… Хотя он с ним боролся. И, даже, преуспел. Но Николай с Михаилом простонародных словечек всё равно нахвататься успели.

— А той-та, — слегка поддразнил Великого князя бывший трубочист.- Если бы ты вот так же к брату-государю помчался, когда нам Матвей Иванович категорически запретил дальше твоей пулей заниматься — что бы было?