Однако, мало-помалу, дело наладилось. Николаю удалось убедить матушку расширить и переоснастить мастерские, в чём значительно помогло то, что она и сама не брезговала поработать на станках, а затем, месяца за полтора получилось разработать пулелейку со сменными губками, выдающую с одной заливки свинцом по четыре пули приемлемого качества. После чего, юные Великие князья совместно провели очередную сложную интригу, закончившуюся разрешением императора устроить после Пасхи новый показ расширительной пули войскам Санкт-Петербургского гарнизона, на который были приглашены командиры дивизий, полков и батальонов не только из частей, дислоцированных в столице и ближайших окрестностях, но и из Ревеля, Новгорода и Гельсингфорса. Главным организатором, по старой памяти, опять был поставлен генерал Кутайсов, которого, кстати, тоже удивило то, что после столь успешного показа… а он реально был успешным, потому что по его итогам молодого генерала, даже, наградили, всё намертво встало. Так что он с удовольствием воспользовался полученным предложением и снова деятельно принялся за дело.

В процессе подготовки выяснилась одна шокирующая подробность — оказывается, едва ли не главным тормозом в продвижении новой пули стал воспитатель Великих князей, не поленившийся лично посетить практически всех, от кого зависело это самое продвижение, и убедить их в том, что и матушка-«государыня», и сам император вовсе не заинтересованы в продвижении данной пули в войска, и что весь состоявшийся показ — всего лишь этакая игра, которую император разрешил из жалости к младшему братику… Зачем он это сделал — оставалось загадкой. Разъярённому Николаю, прискакавшему к воспитателю разбираться с подставой, тот что бы то ни было объяснять отказался, заявив, что сделал это исключительно для их с братом пользы, а чем закончились разборки с участием «государыни» — братьям никто не сообщил. Но отношения между юными Великими князьями и их воспитателем это испортило напрочь. На «триумвирате», состоявшем из Николая с Михаилом и включенного в его состав волей Великих князей Данилки, было решено на этот раз воспитателя не прощать и воздать ему сторицей… Что выразилось в том, что Матвею Ивановичу при каждом удобном случае поминали «предательство русских воинов», которых в результате едва не увенчавшихся успехом действий генерала «точно погибло бы куда более, чем станет ныне». А начавшиеся через некоторое время попытки генерала хоть как-то объяснить свои действия — напрочь отвергались.

Как бы там ни было — новое представление прошло отлично. Без дураков. Даниил оценил это не столько по вполне себе ожидаемым восторженным отзывам, но и по тому, что после окончания действа молодого генерала окружило множество офицеров, интересующихся тем, где можно приобрести пулелейки на новые пули и нельзя ли как-нибудь вытребовать себе в полк несколько унтеров-измайловцев в качестве инструкторов для их освоения. Подобное было тем более лестно, потому что подобный интерес высказывали офицеры победоносных полков буквально вот только что разгромивших давнего врага России — Швецию… Вернее, формально война пока ещё не была закончена — переговоры о мире ещё шли вовсю, но боевые действия практически прекратились.