Пуля полетела медленно, вращалась, я видел ее полет, видел, как она сверкала медью в свете фонаря. Вошла Дженкинсу в лоб, кость треснула, кровь брызнула во все стороны. Дженкинс упал, но тут же встал снова. Дженни куда-то подевалась.

У Дженкинса темнела огромная кровавая дыра во лбу, но глаза живые и блестящие, смотрели на меня. Он улыбался.

— Ты ошибся, агент. Я не тот. Ты убил не того.

Я резко проснулся, сердце колотилось как бешеное. Дженнифер спала рядом.

Часы показывали три сорок две утра.

Я тихо встал, пошел на кухню. Налил воды из-под крана в стакан, выпил залпом. Холодная вода освежила голову, я ощутил металлический привкус на языке.

Сел за стол, положил голову на руки.

Это просто сон. Дженкинс мертв. Он виновен. Доказательства найдутся.

Должны найтись.

Сидел в темноте, слушал как тикают часы, как гудит холодильник, как за окном воет ветер.

Надо доказать что Дженкинс серийный убийца. Потому что если не докажу, моя карьера в ФБР закончится раньше, чем началась.

И это будет меньшей из проблем.

Проснулся я в своей постели, в шесть утра от будильника, звонок резкий и металлический. Протянул руку и выключил. Дженнифер пошевелилась рядом, но не проснулась.

Я тихо встал, пошел в ванную. Включил свет, лампа над зеркалом моргнула, потом загорелась. Посмотрел на свое отражение. Глаза красные, темные круги. Спал три часа, может четыре, с перерывами.

Умылся побрился хорошенько, нельзя приходить с щетиной, надо показать, что я слежу за собой, что выстрел не вывел меня из себя.

Почистил зубы, прополоскал рот. Расчесал волосы, у меня короткая стрижка, как и требовало ФБР, ничего сложного.

Вернулся в спальню, оделся. Белая рубашка из шкафа, отглаженная Дженнифер. Темно-синий галстук, узел виндзор, как и научили в Квантико, все агенты носят одинаковые узлы. Серые брюки, черные туфли, начищенные до блеска. Пиджак темно-синий, однобортный, на три пуговицы.

Кобура пустая, я не стал ее надевать.

Дженнифер открыла глаза, сонно посмотрела на меня.

— Уже уходишь?

— В офис к восьми. Потом к шерифу.

Она села и откинула одеяло.

— Подожди, сделаю завтрак.

— Не надо, некогда.

— Итан. — она нахмурилась. — Поешь нормально. Впереди тяжелый день.

Не стал спорить. Дженнифер встала, накинула халат, голубой, махровый, до колен. Пошла на кухню босиком, я за ней.

Сел за стол, она включила конфорку поставила сковороду. Достала из холодильника яйца, бекон и масло. Разогрела, положила сначала четыре полоски бекона, они зашипели, запахло жареным мясом.

Разбила два яйца на сковороду рядом с беконом. Желтки ярко-желтые, белки растеклись, быстро побелели от жара.