— Привет, — ошарашено произнёс в ответ Серёга, с пристальным интересом разгадывая нечисть.

Вроде бы после посещения Кромки, удивляться уже нечему, но у Серёги было такое выражение лица, словно он только что развернул самый драгоценный подарок.

— Самый настоящий домовой?

— Ага, — кивнул, усмехаясь.

— Я что, красна-девица, чтобы меня разглядывать? — насупился Кузьма.

— Извини, — покаялся Сергей, — просто задумался, — Леша, — обратился он ко мне, — Ты не поверишь, но в детстве я всегда говорил ребятам из детского дома, что у нас живет домовой. Понимаешь, я его видел, а мне никто не верил. Естественно, за это получал тумаки, пока не научился давать сдачи. Жаль только, что к тому времени он перестал появляться.

— Это потому, что ты больше не верил, — глубокомысленно изрёк Кузя, — А дар твой ещё не раскрылся.

— Так, парни, хватит болтовни. Кузьма, накрывай на стол, а то у меня сейчас желудок к позвоночнику прилипнет.

— Это я быстро, это я запросто! — хлопнул в ладони домовой и засуетился.

Уже через десять минут мы с Серёгой за обе щёки наворачивали приготовленный домовым обед.

Устимов вел себя дружелюбно, и Кузя почти сразу забыл свой страх перед Усудцем, начав расспрашивать о том, что случилось за последние сутки.

— Всё из-за этой шельмы! — неодобрительно покачал головой Кузьма, — Говорил тебе, хозяин, не связывайся с Мартой. Одни неприятности от ведьмы.

— А что мне было делать? Не оставлять же её на расправу вурдалаку?

— Да хоть бы и так. Она бы ради тебя и мизинцем не пошевелила. Наверняка подвезти вызвалась, только по тому, что просчитала твои шаги наперёд. Теперь этому Валерию, не столько она нужна будет — сколько услуги Кромешника, и поверь, он своего добьётся. Такие от своих целей не отказываются. Марту, конечно, при удобном случае, тоже сцапает. Не любят вурдалаки, когда кто-то их обманывает и обещания не исполняет. Накажет он ведьму, мало не покажется, но так ей и надо.

— Эх, Кузя-Кузя. Ты что, думаешь, я не знал, что за поездкой в Чердынь какой-то подвох стоит? Понял ещё в дороге, что Марте опасность угрожает.

— Так зачем полез не в своё дело? Она же тебя использовала.

— Может и так, — пожал плечами, — но я ни о чём не жалею. Даже зная, чем обернётся моё вмешательство, всё равно пришёл бы на помощь. К тому же, смотри, как удачно всё обернулось. Вурдалака оставили с носом, спасли целую деревню на Кромке.

— А чего их спасать-то, они и так мертвы?

— Не согласен… — пробормотал задумчиво, уже давно отметив про себя, что после оказанной на Кромке помощи, почувствовал, как мой дар укрепился, расширился, стал более основательным, фундаментальным.