ее за то, что она так и не озвучила его вслух. – Кристиан говорил об этом, – тихо сказала она. – До того, как заключил союз с твоим братом, он пытался найти его уязвимые места. И тогда он сказал мне, что ты – наверняка, его слабость. Такая же, как я – у него самого. Даниил кивнул, и она присела на край островного пуфа напротив его кровати. – Я много думала, почему у меня нет сил Кристиана. – А у тебя их нет? – осторожно уточнил Даниил, на что Эми тут же резанула его таким уничтожающим взглядом, что он мгновенно потерялся. – Тебе не обязательно отвечать, просто в Лиделиуме, и не только в нем, ходит много слухов насчет способностей твоего брата. И никто не знает наверняка, кому еще из Диспенсеров достались его силы и достались ли… – Не достались, – отрезала Эми. – Магия Десяти не подчиняется никаким законам. Она выбирает. И она выбрала Кристиана. Но мы не знаем о всех ее возможностях, поэтому я и пришла к тебе. Даниил нахмурился, скрестив руки на груди. Медленно, но обстоятельно и подробно, стараясь не упустить никаких деталей, Эмилия рассказала о том, как последние дни они с Изабель потратили на изучение старых документов из закрытой секции галактической библиотеки и об их главном открытии – что, похоже, Десять не только сполна использовали собственные силы, но и делились ими друг с другом. Так, вымеряя каждое слово, она подобралась к своему соображению насчет Эйлер и о том, как та вероятно забирает силы у Кристиана. Когда Даниил поинтересовался, как ощущает это сам Кристиан и ощущает ли вообще, Эмилия аккуратно ушла от ответа, и он мысленно отметил ее цепкость и осторожность: она говорила как настоящий дипломат, выдавая информацию дозировано, обходя острые углы, и фильтруя каждое слово, чтобы не сболтнуть лишнего. Даниил подумал, что несмотря на возраст – с такой цепкой предусмотрительностью, Эмилия бы не хуже брата могла держать речь на любом совете Лиделиума. – Вот почему Вениамин называл меня источником, – озвучил Даниил свои мысли. – Он рассчитывал, что через меня он получит доступ к силам Краура. Ну, если его эксперименты с кровью окажутся удачными. – Да, но сам Вениамин не имеет никакой родственной связи ни с кем из Десяти. Он бы не смог «одолжить» у тебя силу. Другое дело Эйлер. Десять называли эту способность touri mal. В переводе с древнеиранского это значит… – Одалживать могущество, – закончил Даниил. – Что? – уточнил он, заметив удивление на лице Эми, – я знаю древнеарианский, у нас с братом были одни учителя. – Что ж, это многое облегчает. – Я