Идут…

Заскрипел трап под двойными шагами.

— Слышь, Птух, а ты ведь непрост, — приглушенно сказала Л-Дики. — Признайся — из благородных? Натворил чего дома, раз на корабль пришлось наниматься?

Шаги замерли, и Птух очень натурально удивился:

— С чего ты взяла? Чего во мне такого лордовского?

— Не отпирайся, я же вижу. Словечки этакие непонятные, повадки. О, может, ты из Пришлых? Признавайся!

— Э, Дики, тебе голову сегодня напекло, что ли? Я же прирожденный конгерский, хотя давненько домой не заглядывал.

— Рассказывай-рассказывай, а то я конгерцев не знаю. Пиратствовал, что ли? Да нет, откуда пиратам прусские слова знать? Ничего, вот скажу Профессору, она тебя живо разгадает.

— Чего занятую даму отвлекать? — спокойно спросил моряк.

Л-дочь почему-то не ответила, на трапе странно затоптались…

Катрин рывком распахнула люк. Моряк держал ненастоящую девочку за горло — держал одной рукой, очень уверенно, прижимая к переборке, надежно блокировал тщетно отбивающиеся конечности жертвы. Несчастная полуудушенная трепыхалась как мотылек, пытаясь пнуть мерзавца в живот, но, не особо преуспевая — на трапе было тесновато. Впрочем, удушить коки-тэно не так просто — там горло характерное, это кое-кому еще по старым временам помнилось.

— Отпустил ребенка! — приказала Катрин.

— А, светлая Леди, — без особого удивления пробурчал Птух. — Что-то крепковато ваше отродье. Или это не оно?

Моряк — вроде бы не такой высокий и мощный — как котенка швырнул недодушенную провокаторшу вниз, правда, л-девочка не загремела и ничего себе не разбила — поймали уже стоящие под трапом Хха и Сундук.

— Никак засада? — Птух ухмыльнулся. — Тогда без рук. Сдаюсь. Не вижу причин не сотрудничать.

Моряк-шпион действительно поднял безоружные руки. Выглядел он вновь обыденным и практически безвредным, словно и не душил только что беспомощного ребенка.

— Сюда пошел! — приказала Катрин, напрягаясь.

Птух, не переставая демонстрировать пустые руки, поднялся по ступенькам и оказался на палубе, где немедленно был крепко прихвачен мощным индейцем. Катрин мгновенно срезала ножом воротник пленника. Шпион только хмыкнул:

— Это ни к чему, леди. Имею полномочия попытаться с вами договориться и вручить послание.

— Очень уж неспешный ты почтальон.

— Так надо было присмотреться: вы или не вы? Но письмо со мной. Соизвольте разрешить вручить. Ну, или сами возьмите — Птух шевельнул плечом, на котором действительно висел тощий матросский мешок.

Легче Катрин не стало — скорее, наоборот — дурные предчувствия стали только острее.

— Мешок на палубу!

— Как скажете, леди Е-ка-терина, — шпион тряхнул плечом, бдительный индеец не отпустил пленника, лишь на миг ослабил одну руку, позволяя мешку упасть на палубу.