Курпатов выпрямился, но, увидев, что Пожарская смотрит на Данко, не стал вмешиваться.
— Вы меня не оскорбите. Миша сказал, что друзья его и герцога Мартена — это люди, на которых можно положиться. Если он не врал, а я ему верю, такая преданность похвальна.
Княжна перевела взгляд на Евгения. Тот указал на один из гробов.
— В этом. На них стазис, так что открыть я не могу.
— Этого не требуется, — Мария подошла и грациозно присела рядом, положив ладонь в кружевной перчатке на дерево.
Евгений дал сигнал слугам, чтобы удалились.
— Мы перенесём их в склеп позже.
И сам вышел вместе с ними. Данко растерянно огляделся, посматривая на выход, но не решаясь оставить гостью одну.
— Вы знаете, как они погибли? — спросил Данко.
— Это имеет значение? — спросила Мария.
— Конечно! — горячо ответил парень, — погибнуть, служа своему отечеству…
Девушка повернула голову к Данко и заглянула ему в глаза. Парень осёкся.
— Смерть — это трагедия. Не для того, кто умер, а для близких. Честь, доблесть, отвага, гордость за его подвиг. Всё это мне его не вернёт, Данко.
Парень нахмурился.
— Пожалуйста, не обесценивайте их смерти, Ваше Сиятельство. Михаил до последнего держался сам и пытался защитить сестру. Перед лицом смерти он не дрогнул. Не испугался. Не запаниковал. Это доблесть.
Мария вздохнула, поднимаясь на ноги.
— От этого мне должно стать легче?
— Да, должно, — серьёзно кивнул Данко.
— Только мне ещё больнее от осознания, какого человека я потеряла. Я ненавижу войну, Данко. Ненавижу её за то, что она отбирает лучших. Не трусы и не подлецы оказываются в первых рядах. Герои. Герои, которым суждено умереть.
Данко опустил взгляд на гроб с Михаилом.
— Война неизбежна, княжна. Войны не закончатся никогда.
Мария наклонила голову.
— И вы жаждете её приблизить? Ты, герцог Мартен и вся ваша компания? Для этого вы готовитесь, тренируетесь, набираетесь сил?
Данко отрицательно покачал головой.
— Вовсе нет. Наоборот. Дима… Герцог Мартен собрал нас, чтобы предотвращать войны, особенно крупные.
— Амбициозная задача, — оценила Пожарская.
— Возможно. Но другой у нас нет. Мы собрались именно для этого. Герцог сказал бы красивее, я не знаток слов.
Мария чуть улыбнулась.
— Зато в твоих словах есть искренность. Миша говорил, что его брат научил его ценить жизнь и не стремиться к бессмысленным подвигам. Я сомневалась, может быть, Миша сказал это только для того, чтобы мне понравиться. Рада, что ошиблась.
Пожарская снова посмотрела на гроб, с лица ушли эмоции.
— Я понимаю, что войны неизбежны, — призналась девушка.
— И оттого мы обязаны являть собой пример храбрости, благородства, честности, — заговорил Данко. — Несмотря ни на что. Только так человек может остаться человеком, даже на войне. Иначе война превратится в бойню. Без сдержек, без моральных принципов, с тем оружием, что есть сейчас, война станет мясорубкой. Многие тысячи лягут в землю.