Все заготовленные профессиональный фразы будто каким-то ветром из головы выдуло.

— Да говори уже, — нахмурилась следователь. — Я и так догадываюсь! Эти крысы под меня начали копать? Из прокуратуры. Сначала в отпуск отправили, а теперь еще и…

— Да при чем тут ты? — я даже слегка опешил. — Короче, Всеволод Харитонович и есть Литератор, — выпалил, как отрезал.

— Ну да… — спокойно кивала Варя. — Он писатель. Ты прекрасно знаешь.

Неловкая сцена всё длилась.

— Да нет! Он ЛИТЕРАТОР. Что называется, с большой буквы. Понимаешь?

— Он популярен в Союзе, понимаю. Вернее, ничего не понимаю…

— Твою мать, Варвара! — не сдержался я. — Твой отец — серийный убийца! Так понятней?

— Что⁈ — девушка вытаращилась на меня, будто перед ней стоял снежный человек.

Только на секунду она побледнела — тут же румянец снова хлынул на щеки, а руки сжались в кулачки.

— Вот постановление о производстве обыска, — выглянул из-за моей спины Горохов. — Гражданка Соловейчик, ознакомьтесь… Подпись своего шефа-прокурора, уверен, вы узнаете.

— Да не буду я ни с чем ознакамливаться! — Варя дернулась и попыталась захлопнуть дверь. — Бред какой-то!

Я остановил движение двери стопой, и вдобавок поймал край пальцами:

— Варюш… Спокойно… в это трудно поверить, но…

— Никаких «но», Андрей! — на глаза Вари навернулись слезы. — Мой отец ни в чем не виноват! Или ты думаешь, что я бы не заметила перемен в его поведении? Я старший следователь прокуратуры, я…

— А твой отец — матерый милиционер. В прошлом оперативный работник. Так что не аргумент вообще. Пойдем, потолкуем на площадке, впусти наших в квартиру.

— А если вы не заметили, — вставил свое веское слово Федя, — что ваш отец преступник, так, может, вы с ним заодно? А?

— Федя, — осек я друга. — Помолчи…

Я вытянул Варю за руку на лестничную клетку. В образовавшийся проем вмиг просочились Горохов, Погодин и парочка понятых — Сема Кондейкин и Люська — соседка по коммуналке Ковригина, которая нам помогла его найти. Теперь они с Сёмой тесно общались, но нам это лишь на руку. Сладкая парочка полностью закрывала наши потребности в понятых.

— Андрей, скажи, что это дурацкая шутка, — Варя впилась в меня взглядом, даже не обращая внимания на то, как ее квартиру оккупируют пришлые.

Мне удалось утащить ее подальше на площадку. Я все ей рассказал. Она слушала, все больше наливаясь краской злобы, а может быть, и стыда за отца. Но я видел, что в глубине души она не поверила на все сто в вину своего папаши. Что ж… стадия отрицания, все по канонам психологии. Света мне рассказывала — да я и сам, на практике, наблюдал такое сотню раз.