— ТТ-шные пойдут? Их у меня помойка.

— Нет. Нужны на девять миллиметров.

— Ну, не знаю… Такие — дефицит. Сам понимаешь, у криминала мало таких изымают. Все больше семь-шестьдесят два.

— Слушай, чего ты хочешь? Вижу, что через губу со мной разговариваешь в последнее время.

— Да нет. Нормально все.

— Не юли. Говори, как есть.

— А ты можешь с Гороховым поговорить, чтобы меня в вашу группу прикомандировали? — неожиданно заявил Витя.

— На хрена тебе это? — удивился я.

— Надоело мне все… Чувствую себя бесполезным. Винтиком, что ли. Вы реальные дела делаете, я на кражи куриц и банок из погреба выезжаю. А я старший эксперт, между прочим, а ты… — Витя осекся.

— А я даже не в погонах и работаю без году неделя, — продолжил я за него. — Это ты хотел сказать?

Витя пожал плечами и деликатно промолчал.

— Так вон оно что… — до меня дошла причина Витиной неприязни. — Зависть, Витек, штука нехорошая. Каждый должен заниматься своим делом. Ты преступников ловишь не на передовой. Но ты следопыт с опытом. Бегать с пистолетом каждый дурак может, а вот чтобы невидимые следы найти, изъять их квалифицированно, идентификацию провести — это специалистом надо быть отменным. И тям к тому же иметь. Так что зря ты расстраиваешься. Без экспертной службы, поверь мне, в милиции теперь никак. И дальше будет то же самое. Сам знаешь, криминалистика не стоит на месте, новые методы появляются, как грибочки после дождя.

Мои увещевания подействовали на Витю. Он даже приосанился, почувствовав, какой важный вклад вносит в общее дело.

— Ладно, — эксперт подошел к шкафу и потянул деревянный выдвижной ящик. — Сколько тебе?

— На один магазин — и добро.

Витя порылся в ящике среди сломанных фотоаппаратов, каких-то конденсаторов, проводков и прочего хлама и выудил оттуда жестяную коробочку из-под монпансье:

— Восьми штук у меня не наберется, четыре хватит?

— Давай. И кобуру одолжи.

* * *

Я потянул железную дверь и очутился в полумраке боксерского зала. Пахнуло застарелыми перчатками, потом и годами тренировок.

Молодняк молотил груши, Саныч ходил, заложив руки за спину, и поучающе на них покрикивал. Иногда останавливал мальца и дотошно показывал, как правильно наносить удары.

— Петров! — увидел он меня. — Ты почему на тренировки не ходишь? Явился, наконец! Только мы уже заканчиваем. И где твоя сумка с формой?

— Извини, тренер, — я не смог сдержать улыбку, очень был рад видеть старого ворчуна. — На работе завал, я пока, типа, в отпуске от спорта. К сожалению.

— Ишь ты! Отпуск берут, когда год отработают, — язвил Саныч, — а ты у меня несколько месяцев только занимаешься. Не заработал ещё отдыха. Чего пришел? Соревнования пропустил, а я рассчитывал на тебя.