— Вот закончу дела и — обещаю, в любых соревнованиях буду участвовать. Хоть каждую неделю.

— Знаю я эти ваши дела. Не бывает у ментов законченных дел, на каждое законченное еще два неначатых.

— Что ж поделать. Служба такая, — пожал я плечами. — Я вообще к Быкову пришел. Дело срочное. Отпустишь его пораньше?

— Обойдешься! Еще и Быкова мне испорть. Жди. Через минут двадцать закончим.

Тренер подошел ко мне и крепко пожал руку.

— Как у тебя? Нормально все? — уже не на публику, вполголоса и по-отечески спросил он, пристально смотря мне в глаза.

— Вроде нормально, но не так, как хотелось бы. У нас как в боксе. Проиграть можно в любой момент, даже если ты чемпион.

— Это да… Но бой проиграть не стыдно. Поражение — тоже опыт. Главное дальше двигаться. Я слышал, что Зинченко выпустили. Не он все-таки?

— Получается, что не он.

Саныч посмотрел куда-то вдаль, хлопнул меня по плечу и отошел.

После тренировки я наконец заполучил Быкова.

— Здорово, Андрюха! — радостный, подскочил он ко мне. — Сто лет тебя не видел! Как-то звонил тебе пару раз, мать сказала, что ты на работе. Ты вообще дома, что ли, не бываешь? Я даже тебе новости свои не рассказал.

— Какие новости?

— С Лизкой мы встречаемся. Вот думаю предложение ей сделать. Как считаешь?

— Ого! Это которая Сонькина подружка? Шустрые вы. Она же еще студентка. Сколько вы с ней знакомы? Месяц?

— Шесть недель, — расплылся в улыбке Быков. — А чего тянуть. Влюбился я. Понимаешь?

— Рад за вас, потом расскажешь подробнее. А сейчас дело есть, — Мы вышли на улицу. — Садись в машину, переговорим.

— Это что? Твоя? — Быков вытаращился на «Волгу» и даже обошел ее по кругу.

— Нет конечно, для служебных целей использую. Садись, говорю.

Я рассказал Антону про Зинченко-младшего. Тот сразу помрачнел:

— Не думал, что Жека на такое способен. Я же дружил с ним в школе. Мы за одной партой сидели. Не могу поверить…

— Странностей много, — согласился я. — Но изловить нам его — кровь из носу надо. Город перекрыли, отсюда он никуда не денется, даже на попутке. На выездах все машины проверяют. За гаражом его, где «Волга» батина стоит, тоже наблюдают. И отца самого в поле зрения держим, но пока все без толку. На дно Женька залег.

— А от меня что требуется?

— Как что? Сам сказал, что за одной партой девчонкам косички дергали. Ты его лучше меня знаешь. Чем дышал, чем жил. Где он сейчас может быть?

— Ну так-то мы с ним только в школе общались. Я даже дома у него за все время ни разу не был.

— Думай, Тоха, думай. Может, рассказывал о дружках своих, или где время проводил?

— Да не было у него друзей особо. Так, приятели. С которыми портвейн пили и девчонок клеили. Не вхож я был в их компашку. Модные они все были. При деньгах. Думаю, что Зинченко даже стеснялся перед ними дружбы со мной.