— Ничего, — улыбнулась та. — Я уже привыкла к мужскому коллективу.
Глава 21
Еще пару дней прошли почти впустую. Опрос местных ничего не дал. Общаясь с моховчанами, я заметил, что жители разделились на два лагеря: на тех, кто хотел прибить Ивана или просто желал ему сгинуть, и на тех, кто стал его ярым сторонником. Последних оказалось больше. Бывший КГБ-шник умел пустить пыль в глаза населению и манипулировать умами. Управлять сознанием толпы всегда легче.
Даже представители деревенской интеллигенции (пара учителей и главбух колхоза), попали под влияние гуру и после нескольких неудачных попыток моржевания постепенно втянулись и стали вдруг меньше болеть. И в один прекрасный день смогли ходить босиком по снегу без соплей и прочих ангин…
Тем временем пришел ответ на запрос. За ним Горохову пришлось снова ехать в райцентр. Вернулся он задумчивый, хмурый и явно недовольный результатом. Зашел в дом и с порога заявил:
— Странное дело с этим Погибовым. То, что такой сотрудник был в КГБ СССР — подтверждается. Но больше никакой информации про него нет. Будто не служил он вовсе. Как призрак.
— Может, гриф секретности высокий по его личному делу? — предположил я.
— Да куда уж выше. Мое руководство через Андропова вопрос решало, должны были всю подноготную прислать. А получился пшик… Ерунда какая-то…
— Действительно странно… — я призадумался. — Такое возможно, если он служил в спецотделе. Которого официально не существует.
Горохов вскинул бровь:
— Откуда у вас, молодой человек, такие познания о структуре КГБ? Если об этом даже мне до недавнего времени не было известно?
— Я просто предположил, — пожал плечами я. — Может же быть в конторе специальный отдел, который занимается грязной работой? Если размышлять логически, то сотрудники там должны быть засекречены так, что даже если попадутся или раскроются, то система всегда сможет от них откреститься. Мол, знать не знаем этого гражданина. Судите его по всей строгости закона.
Так сказать, эта служба и опасна, и трудна. И вообще совсем нисколько не видна, и не старайтесь.
— Ты прав, — закивал Горохов. — Есть такие отделы. У меня однокашник генералил в конторе. Кое-что по большому секрету рассказывал за рюмкой чая. Общались мы с ним одно время плотно, а потом он куда-то пропал. Говорят, что сбежал за границу. Такое не афишируется у нас. Может, и правда сбежал. Давно его на горизонте не видел. Но мало ли, кого я не вижу?
Никита Егорович в расстроенных чувствах пошел организовывать себе чай, а я крепко задумался.
По прошествии двух десятков лет после эпохи КГБ многое выплыло наружу. Побеги за границу перевербованных сотрудников случались в СССР. Мне об этом было прекрасно известно. Но блистать такими познаниями я не стал. А то скоро Горохов начнет подозревать, что я тоже какой-нибудь агент, и доказывай потом, что и не верблюд, и не гималайский. Но то, что Погибов бывший ликвидатор, исключать нельзя. Все ниточки к этому ведут. Он владеет рукопашкой, проницателен, умелый манипулятор, не удивлюсь, если еще и гипнозом обладает или каким нибудь нейро-лингвистическим программированием.