— Я же ради нас это сделал! — шмыгал носом рыжий. — Он тебе изменял. Я знаю! А я люблю тебя, дура!

— Ненавижу, — прошипела Гребешкова и попыталась вновь наброситься на бывшего любовника.

Я встал у нее на пути:

— Спокойно, он уже признался и понесет наказание по закону. А вы впредь будьте внимательнее при выборе пассии.

Женщина фыркнула, и, всхлипывая, вышла из комнаты.

— Значит, так, Боря, — я смотрел прямо в глаза рыжему, будто гипнотизировал и давал установку. — Сейчас сядешь со мной в машину. Доезжаем до УВД. Идешь в дежурную часть и говоришь, что хочешь написать явку с повинной по убийству Гребешкова. Они вызывают прокурорского следователя, ты все расскажешь про кортик, выдашь его. На проверке показаний покажешь на месте происшествия, как и где прирезал Гребешкова. В общем, расскажешь всю правду сам, в суде это зачтётся.

— Ага, зачтется, — по пошедшим красными пятнами веснушчатым щекам струились слезы. — Он же друг мой был… А я… Такую падлу, как меня, к расстрелу, наверное, приговорят.

— Любовь зла. Про мотив тоже расскажешь. Все, поехали. За свои поступки надо уметь отвечать.

* * *

На следующий день я навестил городскую прокуратуру. Вот и Галин кабинет. Дверь чуть приоткрыта.

— Тук-тук! Можно? — я вошел внутрь. Галя вздрогнула, на вытянувшемся от тревоги лице появилась усталая улыбка.

— Андрей… Входи. Хорошо, что ты пришел. Есть разговор.

— Что-то вид мне твой не нравится, — я плотно прикрыл за собой дверь. — Ты ночью спала?

— Да какой там, — махнула она рукой. — Подкинул ты мне вчера подарочек. Почти до утра провозиться пришлось. Кортик обыском изъяли. Следы крови на нем присутствуют. Экспертизу в СМЭ назначила, проверку показаний на месте провели. Гребешкову допросила, запросы долгоиграющие наклепала, вот так и время пролетело.

— Спасибо, оперативно сработала. Ну, сама понимаешь, дежурному следователю я не мог этого Воробьева доверить. Хрен знает, что у вас за гадюшник теперь здесь творится. Без обид. Обещал я Боре, что доживет он до приговора.

— Думаешь, Сафонов его не достанет в КПЗ?

— А зачем ему это? Сама подумай. Свидетель против него — оказался убийцей. Его слово против подозреваемого в тяжком преступлении. Он — подполковник МВД. Теперь всяко отбрехается.

— Да он и так бы отбрехался, бумажку-то злополучную, тобой обещанную, мы не нашли в сейфе. Дело совсем дрянь. Думаю, Горин с подполковником заодно был. Дальше хуже будет… — Галина осеклась, опустив глаза, шмыгнула носом.

Так, началось в деревне утро.

— Ну, говори уже, что случилось?

— Из Москвы звонили, по Горину. Понимаешь, у него репутация кристально чистая была, отец фронтовик, герой войны. В общем, давят на нас, Андрюш…