Отворив дверь и убрав табличку «Закрыто», я взял недочитанную книгу по истории и сел за рабочий стол. Лавка моя открыта, так что можно сказать, я на работе.

На этот раз я не стал бегло пролистывать страницы, а с большим интересом погрузился в описание Средневековья. Именно в это время зародилась религия Творца, из которой позже вырос Собор — та самая огромная и могущественная организация, которой служат инквизиторы.

Я внимательно прочитал, как всё начиналось. Сперва учение о Творце распространялось медленно, но затем хлынуло по миру лавиной. А потом внутри самого Собора случился раскол: появилась фракция, утверждавшая, что у Творца есть Сын — тот самый Аврелий Просветитель из эпохи Античности, который «открыл людям глаза». После долгих лет распрей между фракцией Творца и фракцией Сына Собор всё же объединился и принял официальное учение — о Творце и его Сыне.

Дальше в книге началась новая глава — Священная Война.

На востоке поднялся некий Хан Тимур, объединивший под своей рукой бесчисленные кочевые племена в единую грозную Орду. В то же время на руинах прежних держав укрепилась Священная Империя — огромная, опирающаяся на мощь Собора. Между ними и вспыхнула вражда.

Главными лицами этой эпохи были сам Хан Тимур, а также Верховный Понтифик того времени — некий Арис-Тахар.

Вражда между двумя силами длилась почти две сотни лет. Постоянно случались стычки, мелкие и крупные войны, и всё это привело к тому, что обе державы настолько ослабли, что в итоге попросту распались.

Примерно в тот же период начала набирать силу Червонная Империя.

Когда я дошёл до этого момента, дверь открылась, и вошёл мрачный Арманд. Он быстро огляделся и вперил в меня взгляд.

— Вы вернулись, — улыбнулся я. — Рад, рад.

— Сюда приходила инквизиция, — мрачно сказал Арманд. — Зачем?

— Ох, инквизиция… — я сделал вид, что слегка растерян. А потом нашёлся с ответом: — Так это мои клиенты!

— Они действовали не как клиенты, — Арманд подошёл и навис надо мной. — Они отказались отдавать колье и выгнали меня.

— Как грубо, — вздохнул я. — Как бы я ни восхвалял Собор, но порою у меня закрадываются крамольные мысли, что нынешняя инквизиция слегка перебарщивает с жестокостью. Но не будем о них, хорошо? Ваш заказ готов.

Взяв шкатулку, я положил её на край стола и открыл крышку.

— Проверяйте.

Дворецкий, недоверчиво глядя на меня, склонился над шкатулкой. Я аккуратно вынул колье и показал ему украшение.

— Как видите, оно в идеальном состоянии, — я продемонстрировал застёжку и центральный сапфир. — Повторяю, баронесса Габриэла обратилась к правильному человеку. Любому другому мастеру понадобилось бы гораздо больше времени. Но не мне.