Финальная сирена утонула в оглушительном, громоподобном и экстатическом рёве трибун. Этот звук, казалось, расколол мартовское небо над Швейцарией. Механическое табло стадиона в Базеле горело историческими, невероятными цифрами — 8:2 в пользу СССР! Канадский силовой лом, ковавшийся десятилетиями на забитых до отказа аренах Торонто и Монреаля, был навсегда сломан, перекушен пополам и растоптан на швейцарском льду. Великая, непобедимая Канада безоговорочно капитулировала перед Красной Машиной. На трибуне Сталин едва заметно улыбнулся в усы и одобрительно кивнул Берии.

Церемония официального награждения на многотысячном стадионе «Сен-Жак» стремительно превратилась в грандиозный, величественный триумф советской империи. Когда Всеволод Бобров с тяжелой золотой медалью на груди высоко, на вытянутых руках поднял над головой массивный, сверкающий в лучах прожекторов Кубок чемпионов мира, над онемевшей, притихшей Швейцарией гордо, мощно и победно взлетел государственный гимн Советского Союза.

Эта великая музыка Александрова звучала сегодня как финальный, сокрушительный итог всего нашего ледового наступления. Огромные алые полотнища с серпом и молотом медленно и величественно поползли вверх по флагштокам, гордо расправляясь под темнеющим мартовским небом Базеля.

Канадские хоккеисты в своих некогда грозных белых свитерах с кленовыми листьями стояли на синей линии бледные, растерянные, с понуро опущенными головами. Некоторые из них со злостью разглядывали свои зазубренные деревянные клюшки, которые оказались бесполезны против советских технологий.

Капитан канадской сборной, огромный двухметровый защитник из НХЛ, подошёл к Боброву. Он молча протянул ему руку — не как врагу, а как равному.

— Вы играете в другой хоккей, — тихо сказал он по-английски. — Мы не готовы были к такому. Вы заслужили эту победу.

Бобров крепко пожал ему руку. Это был момент настоящего спортивного уважения — того, что не купишь ни за какие деньги.

Родоначальники хоккея, тайно привезшие в Европу своих лучших профессионалов из НХЛ, впервые в своей жизни наглядно осознали: на планете появился новый, абсолютный и недосягаемый хозяин льда, сметающий любые преграды. Империя нанесла свой ледовый удар, и этот удар изменил мировой спорт навсегда.

С центральной трибуны, совершенно незаметно для ошарашенных иностранных репортёров, Иосиф Виссарионович Сталин медленно, торжественным жестом снял свою фетровую шляпу. В звенящей, благоговейной тишине стадиона Хозяин Кремля победно, с глубоким, искренним отцовским уважением поклонился нам — своей непобедимой ледовой сборной. Лаврентий Берия рядом с ним довольно поправил пенсне, его глаза за стёклами победно блеснули, а Николай Власик вытянулся по струнке, отдавая честь победителям.