Эпилог. Кремниевая империя Кобы
Эпилог. Кремниевая империя Кобы.
Большие, тяжёлые колёса новой истории, которые я так дерзко и беспощадно крутанул в промозглом октябре одна тысяча девятьсот пятьдесят второго года, отныне вращались с неумолимой скоростью, навсегда уводя Советский Союз с гибельного маршрута прежней реальности. Спасительный маховик времени был запущен на полную мощность. Прошлое, в котором великая страна шла к своему распаду, стиралось, уступая место совершенно иному грядущему.
Золотой, оглушительный триумф нашей ледовой армии ВВС в Дортмунде и швейцарском Базеле стал для страны не просто спортивной победой — он послужил идеальным детонатором для беспрецедентного технологического и экономического взрыва внутри страны. Хоккейные и фигурные победы, выстроенные на привезенных мною из двадцать первого века методиках, открыли для Советского Союза двери, которые раньше были наглухо заколочены.
Валютная лавина, хлынувшая в закрома Спецкомитета Лаврентия Берии, оказалась поистине астрономической. Капиталистический мир, разинув рот от удивления, платил огромные деньги за всё, к чему приложил руку обычный тренер из будущего. На закрытые счета Госбанка СССР непрерывным потоком шли отчисления от продажи экспортных прав на мои эстрадные песни, мгновенно ставшие мировыми хитами, и на либретто авангардных мюзиклов на льду.
Но ещё больший доход приносили роялти за патенты. Мои знания о спортивных технологиях XXI века — инновационные коньки, анатомическая литая форма, гасящая удары облегченные полимеры — заставили западных промышленников встать в очередь. И, самое главное, закрома Спецкомитета лопались от золота за патенты на передовые лекарства и антибиотики грядущего века, формулы которых я судорожно вспоминал по памяти.
Зарубежные капиталисты в бессильной ярости скрежетали зубами, понимая, что их обходят на их же собственном поле. Но они исправно переводили миллионы долларов, франков и фунтов стерлингов советским представителям. Западные концерны прекрасно понимали: без этих уникальных советских технологий, опережающих время на полвека, они безнадёжно останутся в отсталом прошлом.
По личному, строжайшему приказу Иосифа Виссарионовича Сталина эти колоссальные средства не проедались и не уходили на содержание раздутого чиновничьего аппарата. Хозяин Кремля лично контролировал каждый цент. До последней копейки они направлялись на одну-единственную цель — форсированное строительство закрытых научно-производственных градов, секретных лабораторий и высокотехнологичных фабрик будущего. Мой «Ледовый гамбит» давал свои всходы, превращая СССР в неприступную цифровую и промышленную цитадель.