Поздним вечером, когда уставшая, но бесконечно счастливая толпа дортмундцев наконец-то полностью схлынула и огромный ледовый дворец погрузился в гулкий, прохладный полумрак, старый немецкий дворник Ганс неторопливо шагал между пустеющими рядами. Он мерно подметал шуршащее на паркете холла разноцветное конфетти и тихо, как-то совсем просветлённо улыбался себе под нос, слушая далёкое эхо прошедшего праздника.
Возле одной из центральных трибун, прямо на деревянном настиле, он бережно подобрал оброненную кем-то из ушедших зрителей яркую, пахнущую свежей типографской краской советскую программку. На её плотной глянцевой обложке, прямо под золотистой эмблемой ВВС СССР, на безупречном и строгом немецком языке была напечатана простая, но бьющая в самое сердце фраза: «Freundschaft braucht keine Worte». А чуть ниже шла её русская строчка: «Дружба — это когда не нужны лишние слова». Ганс аккуратно разгладил пальцами замявшийся уголок буклета и осторожно спрятал его во внутренний карман своей старой рабочей куртки, словно обрёл самую дорогую реликвию.
Над засыпающим, укрытым сугробами Дортмундом медленно и торжественно опускалась прохладная зимняя тишина. Жёлтые отсветы редких уличных фонарей лениво пробивались сквозь огромные витражные окна «Вестфаленхалле», отражаясь на гладком, отдыхающем ледовом зеркале. Но в мыслях и сердцах тысяч простых европейских людей этой ночью навсегда осталось что-то абсолютно новое, светлое, тёплое и неизведанное.
Это было согревающее душу воспоминание о бесплатном, обжигающе горячем русском чае из медных самоваров, дикий, щемящий восторг от невиданных космических прыжков на льду и стойкое, непередаваемое ощущение того, что после этого грандиозного советского бенефиса весь наш огромный, истерзанный недавней войной мир обязательно станет чуть-чуть добрее, понятнее и ближе друг к другу.
«Уважаемые читатели! Если вам интересен роман, обязательно нажмите кнопку "Мне нравится" и добавьте книгу в библиотеку. Подпишитесь на профиль автора. Это очень поможет развитию истории! Спасибо!»
Глава 18. Дортмундский разгром
Глава 18. Дортмундский разгром.
Глава 18.
Главный ледовый дворец Дортмунда «Вестфаленхалле» в день официального открытия чемпионата Европы одна тысяча девятьсот пятьдесят третьего года был забит до отказа. Под гигантским куполом арены, в бурлящем человеческом море, яблоку негде было упасть: здесь, в ложах и на секторах, собрались лучшие фигуристы планеты, маститые европейские тренеры старой школы, строгие, неподкупные международные арбитры ИСУ и невероятно взыскательная, разбалованная роскошными зрелищами западная публика. В этом году впервые в мировой истории на европейский лёд официально, с высоко поднятой головой выкатывалась загадочная советская делегация. Наши одиночницы Татьяна Лихарева, Тамара Братусь, Лариса Новожилова, спортивные пары Людмила Белоусова — Олег Протопопов и Нина Букашева — Станислав Жук, ну и, разумеется, я сам. Иностранные спортсмены по-прежнему косились на наши синие ведомственные костюмы с глухим недоверием и плохо скрываемой опаской — циркулировавшие по Дортмунду слухи о «русских ледовых чудесах на открытых тренировках» казались их прессе обычными пропагандистскими байками Кремля и фантазиями впечатлительных бюргеров.