Юля и я заработали конечностями быстрее и отплыли правее, так, чтобы плыть ближе к нему. Не хватало еще оказаться где-нибудь в Австралии.

На некоторых строениях висели разбухшие вывески из странной желтоватой древесины. На одной сохранилась надпись, из-за того, что она сначала была выдолблена, а затем залита полусмывшейся краской.

«КАЛАБАР КАШАСА », – гласила надпись.

–Нас все-таки встречают, – Гефест отвлек меня от воспоминания, которое готово было выплыть на поверхность сознания, и вытащил из ножен меч.

Юля последовала его примеру. Очень странным было то, что Гефест с той же легкостью, что и на суше, держал свой меч наизготовку, ей же даже вытащить свой удалось с трудом.

От угла одного из зданий отделились тени, каждая из которых сжимала в руке по очень, очень крупной белой жемчужине. Жемчужины рассеивали мрак на несколько десятков метров, и это здорово дезориентировало.

Под водой русалки смотрелись гораздо более внушительно, нежели над ее поверхностью. Они казались выточенными из белоснежного мрамора, с кожей без единого изъяна и широченными плечами, под которыми неподвижно замерли едва выступавшие груди с черными сосками. Они двигались нам навстречу, сжимая огромные золотые трезубцы и жемчужины, и только тяжелые чешуйчатые хвосты, которые мерно рассекали воды, выдавали в них живых существ.

Одна из них подплыла к нам ближе всего и замерла напротив Гефеста. У нее единственной в руках не было жемчужины, но подслеповатые русалочьи глаза светились так сильно, что ей не нужны были дополнительные источники света. От прочих русалок ее отличал и цвет волос – седой как лунь.

Она подняла свободную руку и с помощью пальцев, увенчанных острыми серыми когтями, последовательно сложила несколько фигур, которые чем-то напоминали язык жестов. К нашему удивлению, Гефест не только понял, что она сказала, но и достаточно ловко и быстро показал несколько фигур в ответ. Русалка кивнула ему и мотнула головой куда-то в сторону развалин – жест, понятный даже нам: «Следуй за мной».

Юля тревожно взглянула на Гефеста, но тот был каменно спокоен. Русалки окружили нас, и ничего не оставалось, как плыть вперед, туда, куда они влекли незваных гостей.

–Может, объяснишь, что происходит? – конечности, которыми приходилось грести почти непрерывно, начало покалывать, и мне отчаянно захотелось домой, на сушу.

Гефест плыл с мечом в руке так, как будто каждое утро так на работу добирался, Юле же пришлось вернуть свой в ножны.

–Им что-то от нас нужно. Говорят, что тогда Кракен вернет нам нашего друга.

–Сдается мне, ты с самого начала знал, чем это кончится. Не следовало тебе доверять, – Юля было замедлила движение, но в спину немедленно уткнулся трезубец. –Прав был Костя.