Он вошел в кабинет не своей обычной, развалистой походкой хозяйственника, а быстро, пружинисто, как человек, несущий благую весть. В руках у него была пухлая папка с расчетами и картами.

Сталин молча указал ему на стул, встал из-за стола и начал по своему обыкновению расхаживать по ковру.

— Гаварите, таварищ Хрущев. Мне доложили, у вас срочное дело?

— Срочное и важнейшее, товарищ Сталин! — зычный, с характерным южнорусским «гэканьем» голос Хрущева загремел в тишине кабинета. — Речь о хлебе! Хлеб — это основа всего! Мы строим социализм, а с хлебом перебои. Это непорядок!

Сталин остановился и посмотрел на него в упор.

— Я знаю, что с хлебом перебои. Вся страна об этом знает. Давайте к делу. Прэдложения ваши какие?

— Предложение одно, товарищ Сталин! Решительное и большевистское! Мы ищем крохи у себя под ногами, а у нас целая сокровищница пропадает втуне! Я говорю про целинные и залежные земли Казахстана!

Он вскочил, подбежал к карте Советского Союза на стене и широким жестом записного демагога обвел огромную территорию к востоку от Урала.

— Вот где наше спасение! Я изучил этот вопрос! Там миллионы, десятки миллионов гектаров плодороднейшего чернозема, который веками не знал плуга! Мы можем и должны в кратчайшие сроки, проявив революционную смелость, бросить клич комсомолу, поднять молодежь! Отправить тысячи тракторов! Распахать эти степи и дать стране невиданный, сказочный урожай!

Сталин молча, подойдя к столу, взял в руки папку. Полистал ее.

— Идэя интэрэсная. Нэ вы первый о ней мне говорите. Но мне рассказывали, что это дело требует долгой, тщательной падготовки. Новых тракторов, жилья для людей, элеваторов. А вы гаварите — в кратчайшие сроки…

Хрущев, увидев, что его могут обойти, бросился в атаку с удвоенной энергией.

— Подготовка — это дело наживное, товарищ Сталин! Главное — начать! Главное — большевистский напор! Мы брали Зимний, мы победили в Гражданской! Неужели мы не сумеем покорить какую-то степь⁈ Дайте мне указание, дайте мне ресурсы, и я вам клянусь, что через два, максимум три года казахстанская целина завалит страну зерном!

Он стоял посреди кабинета, коренастый, пышущий энергией, как будто готов был немедленно ринуться в бой.

— Я готов, товарищ Сталин! Если партия и вы лично доверите мне, я готов возглавить этот великий поход! Готов сам поехать туда, жить в палатке, есть из одного котла с трактористами!

Сталин долго, не мигая, смотрел на него. А почему бы и нет — подумал он. Есть стратегическая проблема, и вот, пожалуйста — нашелся энергичный исполнитель. Почему бы не попробовать?