медузу. Голос Ева Жермиа! Знаешь, та самая художница. Любовница польского анархиста, преследуемого властями… Комментатор «…Не понимаю, что значит этот демарш: финал, заключение того вечера, когда она отказалась со мной танцевать, искреннее извинение за слова, которые всё испортили, или же перекинутый мостик, приглашение…» Но Даниэль слишком трусил, чтобы что-либо выяснять… Может, он боялся показаться смешным или у него не было времени на слишком запутанные истории, а может, и ещё почему-то. Тем более что… 21 Исключённый текст: Комментатор Пойдём прямо. В детстве и юношестве любовь ещё казалась Даниэлю порождением рассудка (достоинства, расположения, уважения, любения ), но затем она свелась лишь к постели … И сразу же… Ему вспомнилась девушка, похожая на Ингрид Бергман, заговорить с которой он попросил друга: «Скажи ей, что она мне нравится… Спроси, не хочет ли она со мной переспать…» Его приятелю она ответила «да». Время назначено, он ведет её на свидание. Девушка упрямится: «Мы сразу пойдём к Вам? – А когда? Завтра? Завтра я, может быть, уже и имени Вашего не вспомню… Завтра мне на Вас будет наплевать». Он развернулся и картинно ушёл… 22 Исключённый текст: Даниэль Я люблю лишь несуществующих женщин, таких, которые не отдаляются, не прячутся от меня, не отгораживаются стеной, неприступной для моей слабости. Вообще-то мне нравится обладать не только их телом и душой, но, по сути, и их домом, деньгами, всем-всем, чтобы подчинять, наслаждаться и уничтожать… 23 Исключённый текст: Комментатор Раньше мысль о том, что кто-то страдал, пока он наслаждался, что кого-то угнетали, пока он радовался жизни, лишала его всякого удовольствия – так сильно чувствовал он свою причастность ко всему вокруг, груз и полноту всего того, о чём читал он в книгах… Сейчас же, чем сильнее рушится мир, тем острее становится чувство блаженства, тем больше радости приносят ему любые мелочи. Мир содрогается? Ещё одну ромовую бабу!.. И этот саварен впридачу!.. Тысяча погибших в Китае? Как коротка жизнь! Принесите-ка ещё лимонада!.. И печенья! Восторг… Особенно после войны, она ведь так много у нас отняла… Ах! Недолговечен наш оазис, самое время распробовать тающие во рту пирожные. Как видно, война и всё, что должно было хоть чуть-чуть сблизить его с обществом, лишь раскрыло возможности его тела и ещё сильнее вовлекло его в тайный мир наслаждений… 24 Исключённый текст: Мы готовы преобразовывать мир только в свободное время! 25 Исключённый текст: Комментатор Даниэль любил разговоры наедине.