Саммер: Да, я скучаю по тебе.
Мне неприятно это признавать, но я не могу лгать ему. В любом случае, он, кажется, видит мою ложь насквозь.
Тень: Мне нравится платье, которое на тебе, красотка.
Красотка?
Я поднимаю голову и оглядываю опустевший кампус. Мое сердце подскакивает к горлу, когда потемневшие солнечные лучи сливаются с землей и небом.
Микаэль.
Через мгновение он изменился. Я не думаю, что Линкольн со мной разговаривает, и он где-то здесь.
Мой взгляд, наконец, останавливается на нем в тени деревьев, наблюдающем за мной, как он всегда это делает. Последний луч солнца ударил мне в глаза, заставляя прищуриться, но я могу разглядеть маску, смотрящую на меня в ответ. Знакомое напряжение обволакивает мои мышцы, и удовольствие нарастает между ног при виде его.
Я наклоняюсь и нажимаю кнопку вызова, наблюдая, как он опускает руку в карман: он поднимает трубку после второго гудка, но не подносит телефон к уху. Он такой неподвижный... Он похож на пугало, и мне приходится напоминать себе дышать.
— Как мне понять, кто из вас наблюдает за мной прямо сейчас? — спрашиваю я кротким голосом.
Легкое движение головы. Ветерок шевелит листья высоко в вышине.
— Не поймешь, — говорит он.
Я так отчетливо слышу его по телефону.
Я прикусываю губу и наблюдаю за ним, слишком напуганная, чтобы двигаться, слишком напуганная, чтобы остаться, но зная, что бегство не имеет значения.
Что-то накатывает на меня. Я на мгновение закрываю глаза, наслаждаясь прохладным ветром на лице, когда крошечная капля дождя попадает мне на щеку, а затем еще одна.
Он не двигается, но я хватаю ближайшую палку, и мое дыхание сразу же учащается, когда я натягиваю платье выше колен, держась как можно выше и выгибая спину.
Просто видеть его в этой маске, знать, что они двое сливаются воедино под одним...
Мне не нужна влага дождя, чтобы засунуть палку внутрь меня — я и так вся мокрая от него. Я спускаю трусики с одной ноги и закрываю глаза, вводя в себя острие палки.
Давление немедленно спадает. Я так сексуально неудовлетворена, как будто ничто вэтом мире не может удовлетворить меня. Я издаю стон, проникая на несколько дюймов глубже, но не отрываю от него глаз. Выражение его лица нейтрально, как и следовало ожидать от этой отвратительной маски коварства, когда я погружаю эту палку глубже в себя.
Мой телефон звонит, и я опускаю на него взгляд.
Его голос в трубке повышается.
— Сильнее, красотка. Я хочу, чтобы ты трахнула себя так сильно, чтобы твое тело разрывалось на части.
Я быстро нажимаю на палку, ее края разрывают меня, но мне все равно. Я толкаю ее сильнее и быстрее — грязнее, — давая ему представление, которого он хочет.