— Джей, может, не стоит… — начал было Вова, но я его перебил.

— Стоит. Мы договаривались с тобой о технике для экспедиции. БТР, два джипа, вооружение. Эти «Утесы» — часть вооружения.

Смит шагнул ко мне ближе. Его лицо было непроницаемым, но я видел, как напряглись мышцы на его челюстях.

— Слушай меня внимательно, сопляк. Я тридцать лет служу в армии. Прошел две войны. Командовал ротой, батальоном. И я не потерплю, чтобы какой-то самозванец указывал мне, что делать с военным имуществом.

— Самозванец? — я рассмеялся, но без капли веселья. — Майор, напомню вам кое-что. Тех войн, которые вы прошли, больше нет. Той армии, в которой вы служили, больше нет. Есть только мы — люди, которые пытаются выжить. И если вы думаете, что ваши погоны и звания что-то значат сейчас, то вы глубоко ошибаетесь.

Лицо Смита побагровело.

— Ты дерзишь не тому человеку, мальчик.

— А вы давите не на того человека, майор.

Смит резко выбросил руку вперед, схватив меня за грудки бронежилета. Его пальцы были как стальные клещи.

— Сейчас я тебя научу уважению, щенок…

Он не успел договорить. Мой удар коленом в солнечное сплетение заставил его согнуться пополам, выпуская воздух из легких со свистом и подбросив немаленькую тушу майора вверх на добрые пол–метра. Я тут же вырвался из его хватки, развернул его и прижал к стене, выкручивая руку за спину.

— Майор, я очень уважаю военных. Правда. Но уважение — это улица с двусторонним движением. Вы хотите силой забрать то, что не принадлежит вам? Давайте попробуем.

За моей спиной раздался звук передергиваемых затворов. Я обернулся, не отпуская Смита. В дверях кабинета стояли двое его охранников — те самые ребята в спецназовской форме. Автоматы направлены на меня.

— Отпустите майора, — сказал один из них ровным, профессиональным голосом.

Я усмехнулся.

— Или что? Пристрелите меня прямо в кабинете командира Регуляторов? Смелый план.

Резко разворачиваюсь, прикрываясь телом Смита, и, выхватив из Смитовой же кобуры пижонский «Кольт 1911», наставляю его на бойцов. Они явно не ожидали от меня такой прыти. Ну и хорошо.

— Джей, отпусти его, — Вова наконец вмешался, подходя ближе. — И вы, ребята, опустите стволы. Мы все здесь союзники.

— Тогда пусть твои «союзники» научаться уважению к другим. И опустят пушки. Стреляю я все равно быстрее них.

Вова посмотрел на охрану майора, и те неохотно отвели от меня стволы своих автоматов. Прикинув, что в случае нужды я действительно положу обоих на месте, я отпустил Смита и оттолкнул его от себя во избежании провокации. Тот выпрямился, потирая запястье, и с ненавистью посмотрел на меня.