— Бросили все, — пробормотал Пряник. — Просто взяли и бросили.
— Но зачем? — Медведь почесал затылок. — Это же техника. Рабочая. Ценная.
Я не знал. Просто не знал.
Мы обыскали подмостье. Внутри были ящики с боеприпасами, продовольствием, снаряжением. Системы связи — рации, радиостанции, даже спутниковый телефон. Все на месте. Все работает.
И никого.
— Это безумие, — сказал я вслух. — Полное безумие.
— Может, их отозвали? — предположил Пряник. — Полковник передумал?
— Или их всех убили, — мрачно добавил Медведь.
Я обернулся к нему:
— Кто мог их убить? Здесь же нет следов боя. Ни крови, ни гильз, ничего. Или ты думаешь, что где–то завелись такие специальные люди, способные полуроту военных затыкать шомполами в уши?
— Тогда куда они делись?
Я не знал ответа. И это меня бесило.
Мы провели на базе еще час. Проверили каждый угол, каждый ящик. Ничего. Никаких следов людей. Как будто их и не было.
— Возвращаемся, — наконец сказал я. — Здесь делать нечего.
И тут Пряник заорал:
— Джей, сюда! Срочно!
Глава 16 Оно. Возвращение блудного мутанта
Пряник энергично махал мне рукой, стоя на броне одного из «Солнечных Ударов». Под его ногами был раскрытый люк. Когда я подошел, боец молча засунул свою руку-протез внутрь жестом фокусника и вытянул наружу… испуганного и какого-то жалкого совсем паренька в военной форме.
— Смотри, Жень — тут у нас юный Гудини. Молодой человек сумел влезть внутрь генераторного отсека и поместиться там целиком. Отсек герметичен, так что…
По виду паренька я мог сказать только одно — этот человек испытал глубочайший шок. И мозг его точно пребывает сейчас где угодно, только не с нами. Мне даже почти стало жаль беднягу, и пришлось самому себе напомнить, что вот этот сопляк — пришел сюда, чтобы убивать в том числе моих друзей, явился потому, что ему просто сказали — иди и убей там всех, и он пошел. Этот аутотренинг мигом помог, и я взглянул на пацана уже не как на человека, а просто как на носитель информации, причем поврежденный.
— Так-так… Аня, а мы можем как-то этого урода привести в чувство? Минут на десять хотя бы?
— Же-е-е-еня! Это же почти ребенок!
Я скривился… сейчас предстоит очередной «куплет» песни про человечность…
— Ань, солнце, я тебя обожаю, но сейчас не время. Этот «ребенок» — боец карательного отряда. Подразделения, которое пришло убивать людей на базе Вовы. Женщин, детей, стариков. Всех подряд. Так что давай без сантиментов. Мне нужно знать, что тут произошло. И он единственный, кто может об этом рассказать.
Аня поджала губы, но кивнула. Достала из аптечки ампулу, шприц. Быстро сделала парню укол.