— Все равно придется доложить, — кривился он, сидя у телефонного аппарат в будке путевого обходчика Богом забытого полустанка. — Какой только черт этого дурака к нам принес? Ведь, ни одного происшествия за весь путь, а тут, словно специально. И ведь нашел куда залезть! — злился командир, буравя взглядом телефонную трубку. — Нет бы в вагон пролез, а он, подлец, прямо в изделие забрался — в кабину! Теперь шум до небес поднимется, начнут копать. Хорошо, если отписаться удастся, а может и не получиться…

Многократно проинструктированный перед заданием, лейтенант прекрасно понимал, что случилось чрезвычайное происшествие. Наверняка, из наркомата вышлют специальную группу для расследования этого случая, а, значит, весь график пути полетит к черту. Когда они тогда до фронта доберутся, где эта техника, кровь из носа, еще вчера должна была быть⁈

Наконец, Строгов решил докладывать. Пусть задержанный мальчишка и случайный нарушитель, но инструкции все равно никто не отменял.

— Товарищ лейтенант⁈ — за дверью будки внезапно раздался нетерпеливый стук. Судя по голосу, стучал один из подчиненных. — Вам нужно на это посмотреть! Товарищ лейтенант⁈

Облегченно выдохнув, Строгов положил трубку. Радуясь про себя, что так и не пришлось звонить. Небольшая передышка произошла…

— Что случилось⁈

— Вот! — у рядового на лице застыло какое-то странное выражение лица — смесь смущения и растерянности. Никогда такого не видел. — У задержанного за пазухой нашли. Спер, наверное…

— Ух-ты! «Генеральский» хронограф…

Лейтенант взял большие, просто огромные, наручные часы с широким черным кожаным ремешком. Настоящий «генеральский» хронограф Кировского завода, сразу же отметил. Тридцать восьмой год выпуска, ограниченная серия только для высшего командного состава, отчего и получили такое прозвище — «генеральский» хронограф. Для него, лейтенанта государственной безопасности, такие часы недосягаемая мечта, а что тогда говорить про обычного пацана⁈ Получается, украл⁈ У генерала⁈ Это еще одно чрезвычайное происшествие! Это даже не чрезвычайное происшествие, а настоящая задница! У них тут оказывается целый урка, у генерала снявший часы.

— А может и не дурак, вовсе, — встал Строгов с места. Поправил кобуру, оправил гимнастерку и вышел наружу. — Каргалов, проверь-ка еще раз посты. Не нравится мне все это, — он неопределенно махнул рукой. Мол, предчувствие нехорошее. — Давай, одна нога здесь, другая там.

Боец, козырнул, и убежал. Лейтенант же направился к задержанному. Пришло время поговорить: и о проникновении в охраняемый эшелон, и о ценных «генеральских» часах.