А Костя стоял и даже не думал бежать. У него вдруг так сердце при виде матери защемило, что слезы сами собой на глаза навернулись. Шмыгнул носом, а они еще сильнее потекли.

— Мама, мама…

Обливаясь слезами, он прильнул к ней, крепко-крепко обняв женщину. Та аж опешила от этого, не зная как и поступить.

— Ты чего, Мишка, как телок разревелся? Из-за батьки что ли? — похоже, решила, что он из-за порки так разревелся. — Да, отходчивый он. К утру и не вспомнит ничего. А тебе простоквашей помажем, все и пройдет…

Костя же никак не мог ее отпустить. Стоял и плакал. Все в его памяти разом всплыло, что так давно и основательно прятал глубоко внутри себя или топил в дорогом виски: и бабушкин ласковый голос, и ее неимоверно усталый взгляд во время тяжелой болезни, и мамину песенку перед сном, и ее поцелуй на ночь в ушко, и доброе «сынок» в телефонной трубке.

— Ну, хватит, хватит, — мамина рука потрепала его по вихрастой макушке, вновь даря те давно уже забытые ощущения и эмоции спокойствия и защиты. — Узнаю, засмеют ведь… С меня ростом вымахал, а слезы льешь похлеще какой девицы.

Негромко засмеялась, снова коснувшись его волос. Провела в одну, в другую сторону, словно хотела привести непослушные волосы в порядок.

— Эх, Мишка, Мишка, совсем баловником растешь, — укоризненно проговорила она, вздыхая. — Чего ни свет ни заря вскочил. Сегодня же воскресенье, в школу не нужно. Да и учеба же закнчилась… Или корову со мной доить пойдешь?

Парень в ответ мотнул головой. Какая еще корова, молоко? Война…

— Не-ет, мам. Думал, э-э-э… для школы… — сказать все равно нужно было что-то, вот он и ляпнул первое что пришло в голову раз о школе разговор зашел. — Стенгазету нужно сделать. Вот! Поэтому и встал пораньше.

Женщина, хмыкнув в ответ что-то неопределенное, пошла к сараю. У нее и так было полно дел, а утор ведь еще только начиналось.

— Газета… Газета, и на какой черт я это ляпнул? — почесал парень затылок. — Сдалась мне эта газета…

Поморщившись, покачал головой. Сейчас совсем не до школьных дел было. И тут Костя замер, боясь спугнуть внезапно пришедшую в голову мысль.

— Бл… — вырвалось было у него ругательство, но не успело. Он с клацаньем зубов закрыл рот. — Это ведь тоже ГАЗЕТА! — так и произнес, с большой буквы «Г». — Здесь можно публиковать стихи, тексты песен… Пусть и школьная, но это начало, реальная возможность выстрелить!

Внутри него тут же «проснулся» тот прожженный делец, что за неделю мог состряпать два, а то и три, проходных хита. Получались пусть и одноактовые, в ритме бум-баба-бум, но все же реальные хиты, которые месяцами крутили в клубах и на радио. Неужто здесь не справится со школьной газетой?