Это, несомненно, серьёзная угроза, которая может обойтись в жизни нескольких моих подчинённых.

Что же делать?

В это время новый противник атакует мой щит тяжеленной палицей. Это примитивный железный шар, насаженный на длинную ручку. Но мощность удара у него по-настоящему убойная.

Рука вспыхивает болью. Немалая сила у этого негодяя! Я делаю быстрый укол, но он уходит от удара резко присев, чуть не подцепив мои ноги своим оружием.

Только своевременно сделав шаг назад, я ухожу без потерь.

В этот момент у меня в голове щёлкает. Я бросаю взгляд на «валькирий» стоящих позади нас.

Они держатся на расстоянии и правильно делают: хотя огонь из пращей утих, он не прекратился полностью.

А это идея!

— Нана! — рычу я, обращаясь к эффектной блондинке, которая командует валькириями.

Она оборачивается ко мне, и делает шаг в мою сторону, чтобы услышать меня в этом шуме.

— По моей команде кидай плюмбаты чуть выше нас! — приказываю я.

— Но вас же заденет! — возражает она, как будто я этого не осознаю.

— По команде! — рычу я, пресекая споры.

— Поняла! — отзывается за моей спиной голос блондинки, и я вновь сосредотачиваюсь на боевых действиях.

Вновь начинается «прилив» врага. Понеся тяжёлые потери, рабы пытаются отступить и перегруппироваться, но кнехты угрожают им, вынуждая идти в новую самоубийственную атаку. И те снова вынуждены бросаться на стену наших щитов.

И вот, наконец, звучит моя команда.

— Фаланга — на колено!

Мои солдаты занимают положенную позицию, опускаясь на землю и тем самым открывая отличный обзор для метателей, стоящих за нашими спинами.

— Залп!

Воздух разрывают десяток плюмбат, которые, как по наводке, влетают в беззащитных противников, собирая с тех обильную жатву.

Первый ряд из шести рабов просто скашивается. Это не проходит бесследно. Рабы, и так подавленные тем, что оказались между молотом и наковальней, понимают, что их ведут на убой.

Но, по крайней мере, они видели в этом иллюзорный шанс на свободу. Теперь же этот шанс рушится, и приоритеты меняются мгновенно.

Они бросаются наутёк — подальше от непреодолимой фаланги, туда, где их не достанут метатели.

Прямо на кнехтов.

Я не могу упустить такую блестящую возможность.

— Вперёд — на прорыв!

Фаланга единым рывком движется вперёд, наступая как на бегущих рабов, так и на кнехтов, которые всё это время поджидали за ними. Последние ошарашены нашим нападением. Мы движемся в одном направлении, практически оставляя себе открытым тыл для двух других групп по флангам.

Но именно на это я и рассчитывал. Разделив свои силы, я не добьюсь ничего, кроме затяжных боёв на узких переулках. Однако, если мне удастся разгромить хотя бы одну из этих групп, победить оставшиеся станет намного проще.