Оставшиеся на флангах группы пытаются атаковать, но ничего не успевают сделать, натыкаясь на паникующих рабов. Те бегут врассыпную, спасая свои жизни, и теперь создают помеху не нам, а нашим врагам.

Всё складывается просто идеально.

Шаг, ещё шаг, и ещё один. Фаланга движется неумолимой стеной, разгоняясь и перед самым ударом с врагами переходя на бег. С рёвом она сталкивается с жидким строем кнехтов, давя и тесня их.

Сейчас мои бойцы напоминают мне отряд полицейских на митинге, которые неумолимо давят щитами агрессивную, но неуправляемую толпу.

Они просто давят врага, не давая тому ответить. Кнехты поддаются. Кто-то из них падает на землю, и тут же оказывается зарублен. Лопатки в условиях именно такой тесной схватки, идеальное и чудовищное оружие.

Мы давим, теперь уже и численным превосходством и мастерством ведения боя.

Солдаты учатся действовать слаженно, а это значит, что они способны атаковать так, чтобы у врага не оставалось шанса одновременно отразить несколько ударов.

Кнехты держатся, но отступают. Минута… другая… И внезапно отряд кнехтов заметно вздрагивает. Их защита рушится нашим сокрушительным ударом. Они бегут!

Мы пробиваемся через ряды врага и мгновенно выходим на оперативное пространство, прямо в тыл к стрелкам на стенах. Майор и Малой, наши лучшие бойцы бросаются вверх, устраивая среди бездоспешных пращников резню.

Теперь удержать моих солдат у ворот становится невозможно, и противник это отчётливо понимает. Две его группы начинают отступать на полной скорости. Битва переходит к самой приятной стадии. К избиению бегущего противника.

* * *

Джо-Джо сидел в тронном зале, раздумывая над тем, как следует поступить дальше с осадой. Враг, определённо, ворвётся во внешнее кольцо, наверняка увязнет в бою с кнехтами и рабами, и потратит на них свои силы. Измотается, ослабнет, потеряет часть своих людей и израсходует снаряды, если таковые у него имеются. А судя по столбам дыма, они у него, действительно, имелись.

Именно в этот момент слабости Джо-Джо и ударит — всем, что у него есть. Вперёд, конечно, будут пущены кабаны, которые разорвут боевые порядки противника.

А уже только следом за ними поедут и сами наездники, ведя за собой кнехтов.

Что бы там атакующие ни придумали, несколько десятков обезумевших боевых кабанов — это стихия. Животные сметут всё на своём пути и даже не заметят.

Пусть часть животных погибнет. Это не люди, их число быстро восстановится. Военная добыча и польза от захваченного кластера врага легко покроет все убытки.

А добить противника, по которому лавиной прошли хоги, не составит никакого труда.