Но Стайса не против. Она с удовольствием уложит этого заносчивого Лорда на алтарь. А пока туда попадёт другой, вставший у неё на пути.

Байкеры, которые должны быть охраной, идут к своему лидеру, перехватывая поудобнее своё оружие.

— Так вот что ты задумала, — вздыхает Джо-Джо.

Как обычно, непонятно что у него на уме. Сейчас в его голосе слышится грусть, словно Стайса — маленькая девочка, которая его сильно разочаровала своим поведением.

— Уж прости, милый, но на этой горе места хватит только для одного, — расплывается в улыбке жрица. — Взять его!

Тринадцать игроков срываются со своих мест.

В руке у Джо-Джо оказывается двуручный молот, которым он, однако, размахивает как одноручным. Слышится треск костей. Казалось бы, численное превосходство совершенно одностороннее, и Джо-Джо должен пасть уже в первую минуту,

Но реальность отличается от ожиданий. Великан сражается в одиночку с толпой кнехтов, давя их одного за другим, подобно насекомым.

Вот, схватив одного за голову, он поднимает его в воздух и швыряет в другого.

Третьего и четвёртого он сбивает с ног едва заметным взмахом своего молота.

Пятого прижимает к земле мощным ударом ноги, а затем вдавливает его в древесину.

Шестой сталкивается лицом с краем стола, оставляя на нём пятно крови. Седьмого и восьмого прижимает к полу колонна, опрокинутая молотом Джо-Джо.

Девятый отлетает на другой конец зала, получив удар кулаком под подбородок. Десятый и одиннадцатый также падают, сбитые с ног ударом молота по полу.

Дрожь охватывает весь комплекс. Джо-Джо не издаёт ни крика, ни вопля, не заходится в яростной тираде.

Он молча и методично искореняет любой намёк на сопротивление, постепенно приближаясь к виновнице происходящего. Наконец, последняя пара бойцов не выдерживает его натиска и разлетается в разные стороны.

Весь зал погружён в тишину. Воины лежат разбросанными тут и там — израненные, поломанные, окровавленные.

На ногах остаётся только один невредимый великан.

Он возвышается над жрицей, своим пронзительным взглядом грозно прожигая её, словно кляксу на чистой бумаге.

В глубине глаз Стайсы мелькает страх. Она отступает на один шаг назад, её губы дрожат.

Понимая, что убежать ей не удастся — не от этого человека, стоящего перед ней, она вздыхает.

— Это конец, жрица, — произносит Джо-Джо, замахиваясь молотом, намеренный покончить с этими играми.

Но его удар так и не достигает своей цели.

Меч пронзает живот Джо-Джо, выйдя спереди.

— Кха! — лорд ошарашенно смотрит вниз, на окровавленный кончик меча.

Он падает на колени, выронив молот из рук и зажимая сквозную рану.