– Они решили «родить» меня... – шокированно выдохнула я.

– Они решили, что их дитя, рождённое и выращенное человеком, сможет найти возможность всё исправить.

– А если я... ошибусь?

Грей погладил меня по спине.

– Не ошибёшься. Ты быстро учишься. Ты всё сможешь. Я в тебя верю. Мы все в тебя верим.

Последняя фраза показалась странной. В глубине души шевельнулось подозрение.

– Грей?.. – я завозилась, выскользнув из его рук, и посмотрела в глаза. Темнота за окном не позволяла рассмотреть его эмоции, но я надеялась, что пойму их на уровне подсознания. – Ты ведь мне врал? Ты же тоже... не человек?

Тёмные брови сошлись на переносице.

А я поняла, что права.

Все подозрения насчёт парня. Он не мог быть простым ловцом. Яковлев говорил, что Грей слишком молод и горяч, и ему нельзя доверять подопечных. Но родители доверили ему меня. Безоговорочно. И его странная дерзость, когда он разговаривал со Смертью... Так не мог говорить обычный ловец. Так мог говорить равный. Или почти равный.

Так кто же он, Грей Равин?! Кто?!

– Говори! – я упёрлась кулаком ему в грудь. Голос сел. – Или я прямо сейчас отказываюсь от всего, и гори оно всё ясным пламенем!

Подскочив с дивана, он отошёл к окну и, засунув руки в карманы, с минуту молча смотрел в темноту.

– Сергей Воронин не имеет к тебе никакого отношения, так?! – начала я, не дождавшись ответа.

– Нет, – он мотнул головой. – Но он существует.

Я сглотнула. Существует. Не «существовал».

– Он... жив?

– Да. Он стал ловцом, – Грей нервно откинул со лба чёлку.

– А твои воспоминания о родителях?..

– Они настоящие, – хмуро ответил Грей. – Я ведь тоже рос в обычной семье... И я позже был наставником у Сергея, поэтому знаю его и его историю жизни.

Лжец...

Я судорожно вздохнула.

– И... никакого изменения внешности нет?.. – вопрос был риторическим.

– Саш... – и столько му́ки в голосе.

– Значит, нет... А... мама?! Она...

Слова застряли в горле, и я сама испугалась собственного голоса, он прозвучал так хрипло, будто чужой.

– Нет... Ты приняла дар после неё. Мне жаль...

От его слов стало тяжело дышать.

И кому теперь верить? Можно ли вообще верить кому-то?

– Но зачем?.. – я вскочила на колени и сжала кулаки до побелевших костяшек. – Я же не ловец! Вы сами говорили!

– Да не так это работает! – взорвался он, подскочил ко мне и схватил за плечи, сдавив их так, что стало больно.

– А как?! Как?! – закричала ему прямо в лицо и ударила кулаком в плечо. – Ненавижу ваши полуправды! Хватит использовать меня втёмную!

Хотелось сбежать. Спрятаться. Исчезнуть. Но ещё сильнее хотелось вырвать из него хоть кусок правды, настоящей, за что можно ухватиться, чтобы не утонуть.