Снял трубку внутреннего телефона.

— Евгения Максимовича пригласите ко мне. Да, срочно.

Примаков появился через пару часов. Министр иностранных дел Советского Союза. Новая звезда на небосводе советского политикума. После операции «Возмездие» и победы в Афганистане Примаков был в очень большом авторитете.

— Читал? — Лигачёв кивнул на папку.

— Читал. Потому и прислал тебе сразу.

— Что думаешь? — спросил Лигачёв.

Примаков сел в кресло напротив стола, сцепил пальцы.

— Думаю, что это подарок. Который нельзя упускать.

— Поясни.

— ЮНИСЕФ — не просто благотворительность. Это витрина ООН. Лицо международного гуманизма. И они сами, понимаешь, сами выходят на советского спортсмена. Не мы просим — они предлагают.

Лигачёв кивнул. Это он понимал.

— Сергеев — фигура идеальная, — продолжил Примаков. — Молодой, красивый, успешный. Чемпион мира. Четыре «Золотых мяча». Играет в Европе. И при этом не просто звезда, а человек, который реально помогает. Не на камеру, а по-настоящему. Лично ездил в Валенсию. Деньги свои вложил, причём немалые.

— Я видел цифры.

— Вот. И Запад это видел тоже. Для них это… неожиданно. Звезда, которая не просто улыбается в камеру, а реально работает. Ломает стереотипы. Таких там единицы.

Лигачёв встал, прошёлся к окну. За стеклом — февральская Москва, серое небо, голые деревья.

— Как это вписывается в нашу линию?

— Идеально вписывается, — Примаков позволил себе лёгкую улыбку. — Открытость сильного. Мы не прячемся, не боимся. Наши люди — лучшие в мире. И не только в спорте, но и в человечности. Советский чемпион становится лицом международной гуманитарной организации — это признание. Признание того, что наши ценности — общечеловеческие.

— А риски?

— Минимальные. Сергеев — человек надёжный. Проверенный. Семья хорошая: жена, сын. Никаких скандалов, никакой грязи. В политику не лезет, глупостей не говорит. Идеальный представитель. Плюс ещё и орденом награждён, боевым. Помнишь ту историю с заложниками?

— Да, точно, ты прав, — Лигачёв вернулся к столу, сел. — Что от нас требуется?

— Формально — ничего. Они приглашают его в Женеву, там европейский офис ЮНИСЕФ. Церемония, фотографии, запись каких-то материалов. Но я бы рекомендовал… — Примаков сделал паузу, — проинструктировать товарища Сергеева. Объяснить контекст. Расставить акценты.

— Боровик?

— Именно. Генрих Аверьянович как раз по этой части. Советский комитет защиты мира, международные контакты, работа с общественными организациями. Пусть Сергеев прилетит в Москву, поговорит с Боровиком. А уже потом — в Женеву.

Лигачёв задумался. Постучал пальцами по столу.