Я кивнула. «Гуппи. Слоан здесь, со мной. Ты можешь подключить его к нам? Он хочет поговорить с тобой». Я услышала вздох в моей голове, как будто Фишеру было некомфортно, что не имело никакого смысла.

«Дай мне минутку», — ответил Фиш. Я посмотрела на Слоана, передавая ответ Фишера, который был еще более запутанным для нас. Потому что Фишер, которого мы знали, был бы отчаянно желать поговорить с нами обоими.

Через мгновение голос Фишера снова появился. «Слоан, ты меня слышишь?»

Лицо Слоана сломалось, напоминая мне осыпающийся камень. Он закрыл лицо руками, переполненный эмоциями. «Господи, Фишер. Ты в порядке? Ты ранен? Я скучаю по тебе».

Я взглянула на Слоана, пока мы ждали. Он нервничал с каждой секундой, когда не было ответа.

«Фишер?» — сказал Слоан, в его голосе появилась резкость. — Что происходит? Я не приведу нашу беременную пару обратно в этот замок, пока не буду точно знать, что это ты говоришь со мной прямо сейчас.

Фишер резко выдохнул. — Я понимаю. Мне нужно, чтобы ты знал, что за последние несколько недель многое произошло. Я немного не в себе, но я работаю над этим. Я действительно скучаю по тебе; я скучаю по вам обоим. Единственное, что заставляло меня двигаться во тьме, — это мысль о том, чтобы снова увидеть вас всех.

В моем желудке закружилось от его слов. Тошнота и боль в груди усилились, когда я подумала о том, через что уже прошел Фишер. Что еще они с ним сделали? Как они посмели причинить вред тому, что было моим... Гнев начал нарастать, прежде чем я даже осознала это. Я была чертовски взбешена.

«Кам и Кай с тобой?» — спросил Слоан.

«Они. Сейчас они разговаривают с Балором. Он был лекарем Сейдж, пока она была здесь. Он сторонник Брама».

Брам. О боги. Я сделала все возможное, чтобы заблокировать мысли о моих других мужчинах, потому что я ничего не могла сделать. Мне нужно было сосредоточиться. Как я могу их спасти? Как я могу вытащить их из этой ситуации, если меня сражает горе и тревога? Я сделала это, чтобы защитить свое сердце и разум. И теперь, имея этот разговор с Фишером, зная, что Кай и Кам с ним, мне не ускользнуло, что не было упоминания о Браме или Фарисе. Черт, или о Холе.

«Гуппи? Где Брам? Где Фарис, и где, черт возьми, мой отец?» — Страх внутри меня был подавлен нарастающими волнами гнева.

«Вот почему нам нужно, чтобы вы вернулись. Азраэль назначил их казнь на рассвете».

«О боги, — прошептала я. — О боги. Нет». Меня сейчас вырвет. Я отвернулась от Слоана и меня вырвало. К счастью, ничего не вышло, но через мгновение под мое лицо сунули каменную миску — на всякий случай.