— Джентльмены, — поприветствовал я их.

— Пришло время, мой лорд, — сказал мне один из них.

Я глубоко вздохнул, когда мои кончики пальцев скользнули по гладким, замысловатым деталям одеял. Мне интересно, как же драгоценно они будут выглядеть, завернутыми в них.

Собрав свой узел, я выпрямил спину, готовый, насколько это вообще возможно, идти на смерть. — Ведите, — сказал я охранникам. Один из них шагнул вперед, чтобы связать мне руки, хотя мне позволили держать одеяла в руках. Все они выглядели торжественно, и мне было интересно, кому они верны.

Держа голову высоко, я шел по коридорам. На удивление, демонов было очень мало; те, кого я видел, были в основном персоналом, слуги и горничные.

Когда я проходил мимо одной пожилой женщины, наши взгляды встретились, и я увидел, как слеза упала из ее глаза и скатилась по ее розовой щеке. Когда охранники смотрели вперед, она подняла кулак и прижала его к сердцу. Я подмигнул ей и одарил ее озорной улыбкой. Этот маленький жест дал мне немного сил, а силы были именно тем, что мне было нужно сегодня.

Слишком скоро мы прибыли во двор. Небо все еще было темным, но я знал, что так будет недолго — может быть, час. У меня был час, затем моя жизнь прекратится. Хотя я, конечно, не собирался просто идти к тому или иному орудию смерти, которое Азраэль запланировал для меня.

Если я умру, моя связь с Золотцем исчезнет. Я был благодарен за эту маленькую милость. Она будет скорбеть по мне, но это не разорвет ее на части. Где бы она ни была, я надеялся, что она не станет свидетелем моей смерти. Она уже видела достаточно за свои короткие двадцать восемь лет, и ей не нужна была эта память, пятнающая нашу историю любви.

Она была сильной, и я знал, что даже если меня не будет, другие мужчины, которые любили ее, будут защищать ее. Они будут любить ее, заботиться о каждой ее потребности, и они будут отличными отцами для наших детей. Как ни странно, именно то, что у меня возникли сомнения, когда перед моими глазами промелькнула пара больших карих глаз с игривой улыбкой и блеском острых клыков. Фарис был тем, о ком я беспокоился больше всего. За такое короткое время он привязался ко мне — я был его якорем, его маяком в этой буре. Эта буря была опасна, и мой свет вот-вот должен был погаснуть. Как он справится в мое отсутствие?

Меня проводили к деревянной платформе в центре двора. — Вы можете сесть здесь, милорд.

Все, что оставалось теперь, — это ждать. Я опустился на край деревянной платформы, крепко прижимая к себе свой узел. Это было неудобно со связанными руками, но я хотел держать эти подарки как можно дольше. Ожидание было пыткой, но в этом случае я никогда не хотел достигать конца временной шкалы.