— Ты серьезно? — напряглась Вика.

— Нет, шучу! — нахмурился он. — Забыла, что вчера сказал? Ты моя женщина. Вот разведусь и распишемся. Или ты против?

— Мы едва знакомы, — слабо возразила Вика. Услышанное ошеломило ее.

— Как по мне, так более чем достаточно, — возразил он. — Знаешь, как женился мой дед? Пришел в соседнюю деревню постучать в волейбол. До войны это была популярная игра. Команды — смешанные: девушки и юноши. За противников играла бабушка. Постучали в мячик, покричали, после матча дедушка подошел к бабушке и позвал ее замуж.

— А она?

— Согласилась. Он ей тоже понравился. Назавтра собрала вещи и перебралась к мужу. До войны с этим было просто: ЗАГС считался не обязательным. Детей регистрировали, потому что без этого никак, а вот брак не всегда. Свадьбу справили простую, деревенскую. Вместе прожили долгую жизнь. Дед умер пять лет назад, бабушка в прошлом году. Сердце отказало, ей за восемьдесят было… Я в деда.

— Один раз ты уже поспешил и ошибся! — напомнила Вика и прикусила язычок.

Он не обиделся.

— Было, — кивнул. — Но с тех я многое видел и научился разбираться в людях. Мой жизненный опыт прямо вопиет: эту женщину упускать нельзя! Студентка, комсомолка, спортсменка[1], — улыбнулся он. — Да еще справная хозяюшка.

— Это ты с чего взял? — удивилась Вика. — Про хозяюшку?

— Элементарно, Ватсон![2] — улыбнулся он. — Ты ведь не планировала вчера пригласить меня к себе?

— Нет, — кивнула Вика.

— А тут я нарисовался. Захожу, а в квартире идеальный порядок. Ни тебе разбросанных вещей, ни посуды в мойке.

— Надо же! — удивилась Вика. — Разглядел.

— С серьезными намерениями ехал, так что непременно. Я хитрый и расчетливый.

— И к какому выводу пришел?

— Что ты идеал, мечта мужчины.

— Не перехвали! — фыркнула Вика.

— Такое невозможно. Каждый день буду говорить, какая ты красивая и необыкновенная. И что мне невероятно повезло. Это правда.

— Миша! — дрогнувшим голосом сказала Вика. — Спасибо!

— За что? — удивился он.

— За то, что исцелил, вернув меня к жизни. За то, что появился в ней, да еще такой, о каком я не мечтала. Сильный, умный, добрый. Настоящий мужчина!

— А вот это зря! — хмыкнул он. — Мужчин хвалить вредно — надуваются как индюки. Нас нужно держать в черном теле: ругать, отчитывать и бить. Заведи плетку или хотя бы палку.

— Ты серьезно? — изумилась она.

Он захохотал.

— Миша! — рассердилась она. — Прекрати! Я тебя мало знаю и не могу понять, когда шутишь. Может и замуж звал понарошку.

— А вот это обидно, — насупился он. — Я тут, понимаешь, распинаюсь, а в ответ вижу недоверие. Значит, так, невестушка! Для начала приведем тебя в приличный вид. Бриллианту — надлежащая оправа! — Он снял ее с себя и положил поверх одеяла. Сел рядом. — Так, — заключил, окинув взглядом. — Размер одежды сорок четвертый.