— Здравствуй, Хэй Дай. Извини, что наша встреча проходит ночью, — начал я, делая короткие паузы, дабы Манджгаладзе успевал синхронно переводить. — Днем у меня слишком много дел. Приходится решать деловые вопросы, когда остальные спят. Но, боюсь, твое время сейчас ничего не стоит. Да и за твою жизнь не дам ломаного гроша.

Михаил выдал китайскую тираду. Секач нахмурился, что-то коротко приказал охранникам. Видимо, разбойник не понравилась последняя фраза. Он счел себя обиженным или оскорбленным.

Бравые китайские парни синхронно потянулись под ватники.

Я поцокал языком, сделал неуловимый жест головой.

— Очень не советую Хай Дэй вести себя необдуманно.

Тут же со стороны второго выхода, ведущего к оврагу, послышался тяжелый скрип шагов. Из мрака выступил Осеев и двое наших бойцов. Алексей держал винтовку у бедра, ствол смотрел ровно на Секача.

Мы с Алексеем изначально обговорили этот момент. Я велел ему переместиться из оврага к тыльной стороне мельницы в том случае, если на встречу явятся более, чем пять человек. И если не будет засады. Чтобы мои аргументы выглядели убедительнее.

Примечательно — Алексей и его парни сделал это настолько тихо, что их приближения не слышал даже я.

Китайцы занервничали. Расклад сил изменился. Теперь нас было шестеро против шестерых. Это при том, что они не знают о паре стрелков, спрятанных в руинах церкви. Наш козырь, если станет совсем погано.

— Не вынуждайте меня менять атмосферу нашей встречи, — вежливо улыбнулся я.

Михаил перевел.

Хэй Дай оставался спокойным. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Он глянул на меня. Я отодвинул полу шубы, показал «Маузер» Молча. Секач кивнул, медленно повернул голову, посмотрел на Осеева и на его парней. Затем переключился на Тимоху, который уже не прятал оружие.

Единственным, кто не демонстрировал оружие, был Михаил. Но хунхуз понимал, это совершенно не означает, что у переводчика его нет.

Хай Дэй вдруг издал короткий смешок и что-то сказал своим людям. Михаил тут же перевел:

— Прекратите дергаться. Если бы русский хотел нас убить — стрелял бы в спину.

Охранники нехотя опустили руки.

Черный Секач снова обратился ко мне.

— Ты хитрый, князь. Я оценил. Говори. Зачем звал? — перевел Манджгаладзе.

— Затем, что мы оба стоим одной ногой в куче дерьма, Хэй Дай, — перешел я сразу к делу, — Японцы из Токуму Кикан держат нас за идиотов. Майор Хондзё приходил ко мне. Сказал, что их склад с медью ограбили твои люди. Обещал наградить, если накажу всю банду. Ограбление произошло той ночью, когда у вас случилось столкновение с японцами возле пакгаузов. Токуму Кикан скрывает, что медь пропала.