Наконец Мы уехали на «ферруччи»: почти веселая и довольная собой Зильке-Марина и Мы, тоже в хорошем расположении духа. На самом деле Мы ощущали напряжение и наэлектризованность охотника в засаде, у которого в концентрические окружности оптического прицела после долгого ожидания вступает дичь. Сейчас в Нашем случае сразу три! Худой, пугливый баран Аксель. Широко шагающая по перелеску Сабина (вместе со своим оленем Рональдом, каковой вскоре обретет ветвистые рога). Гордо и внушительно выходящая на все поляны Зандштрём! Никакого недостатка в программном обеспечении для триединого выстрела Мы не испытывали. Разве только Манфреду не хватало третьей руки. Нечто в этом роде прямо-таки с ненавязчивой легкостью опустилось ему на бедро со стороны сидящей рядом на пассажирском сиденье Зильке, в то время как фары ревущего «ферруччи» ощупью пробирались в зимней ночи. Ее прохладная рука уже шмыгнула ниже. В сложившихся обстоятельствах Мы придали Манфреду такое триединство (трих-трах-трух), что он невозмутимо принял любовное внимание Зильке-Марины, несмотря на его неизлечимо романтическое влечение к Сабине и воспоминания о плотских утешениях, подаренных ему курчаво-пушистой, как пудель, Майке-Изабель, которой он какой-то частью своей неупорядоченной личности тоже хотел хранить верность. В конце концов, он был Нашим орудием, и, в конце концов, Мы подрядили на сомнительную работу Зильке, чтобы она чувственно добила Рональда, за сумму, равную стоимости какой-нибудь стильной маленькой машины, так что теперь она, будучи, по сути, сотрудницей Манфреда, блистала, добровольно трудясь как бы в сверхурочное время.

И все же Мы наконец попросили Зильке убратьher helping hand[56] . Слишком уж искусно она действовала, и Нам уже с трудом удавалось управлять Манфредом, балансируя между его нечистой совестью и неким чисто петушиным желанием запрыгнуть. И тогда Мы отключили Манфреда, кроме его посредственных навыков вождения, чтобы за четверть часа поездки до дома несколько больше сосредоточиться на душевном состоянии жуткой искристо-блондинистой медицинской-сестры-стюардессы-хостессы. Мы говорили с ней об амбициозных целях (очень явно подразумевая замысел проекта «(Cleansmile) Deep View» ощупью подобраться к порталу), каковых можно достичь лишь с применением определенного технического насилия, путем больших издержек, используя дорогостоящие средства и исключительные знания (как это, похоже представлялось Акселю, Зандштрём и парочке Рональд – Сабина, раз они наставили параболические антенны в чилийском высокогорье на чувствительные места глухо-ограниченной человеческой Вселенной), предоставив при этом Зильке-Марине интерпретировать все так, будто Мы подробно обсуждаем, как мастерски брутально-эротично подобраться к Рональду. Мол, есть же и другие, более деликатные, так сказать, интеллектуальные(helping brain[57] вместоhelping hand) средства для достижения целей. Они настолько просты и незатратны, что, в принципе, уже много тысячелетий доступны каждому. Тут Зильке справедливо изобразила некоторое удивление, вопросительно подняв свой феномен – правую руку с тщательно обработанными и покрытыми лаком ногтями.