5

Пока пострадавшие в аварии еще пребывают в некотором шоке, Мы позволим себе мысленно вернуться к франкфуртскому путешествию Картезия. Трагическая неудача Ысстх! из-за которой она оказалась в соединительном туннеле, послужила Нам предупреждением. Вряд ли кто-нибудь слышал прежде о провале сразу двух опытных агентов. В стране Индия, по слухам, подобные вычихи или экскоммуникации время от времени случались вследствие примечательных, но таинственных духовных ритуалов. На европейской же земле дела складывались скорее по-манфредовски. В любом случае по соображениям безопасности разрешалась техника подручной лошади. Мы вступили в дело на хомбургском постоялом дворе, где перед этим поселился Картезий. Учитывая неизбежную физико-математическую неточность (Мы могли лишьисключить , что высадимся непосредственно в Декарте), приходилось полагаться на случай, но Нам крупно повезло, поскольку в качестве первого ездового животного попался Рожье Шевиньяр де Шавиньи, французский дипломат, остановившийся в том же этаблисмане, что и Картезий.

С молодым мыслителем, который наконец-то с наслаждением вновь парлекал на родном языке, быстро завязалась дружба. На время коронации императора городские ворота Франкфурта запрут и будут строго контролировать. Однако в результате пустякового изменения документов Рожье приглашение на участие в празднествах вдруг оказалось на шесть персон, и юного симпатичного земляка без колебаний включили в компанию, состоявшую из посла Рожье, его супруги Элеоноры Альбертины, его лейб-медика и теперь уже не двух, а трех телохранителей.

Радость от предвкушения возможности стать свидетелем важного политического события, грандиозного, привлекающего международное внимание ритуального возвеличивания одного из человеков была у юного Картезия столь велика, что у Нас возникло искушение сменить лошадь, пересесть на самого клиента, поскольку в таком возбужденном состоянии он вряд ли заметил бы, как на него набрасывают чепрак. За франкфуртской коронацией последуют празднества и увеселения. Если даже Нас яркие видения мастера Иеронима заставляли мечтать о Красшгатхоре, Мы могли надеяться, что до и после коронации будет совсем не сложно сбить Картезия с ложного пути (к ПРАВИЛЬНОЙ МЫСЛИ), подталкивая к другим увеселениям его все более чувственного, все более роскошного, наливающегося силой и сиянием, изменчивого и предающегося наслаждениям, остро мыслящего и вычурно фантазирующего кичливо-великолепного века, вставлявшего свои филигранные часовые механизмы в те же волнистые оправы, какими он обрамлял все более откровенные декольте своих придворных дам, правительниц и фавориток. Во всяком случае, Нам это столетие человеков под конец нравится все больше. Мы даже подозреваем, что у Нас на родине есть, должно быть, целые планеты, которые сделали выбор в пользу барочной цивилизации. Там навещают друг друга в космических кораблях в виде золотых карет и могут оплодотворяться в разнообразных измерениях под мощно вибрирующую полифонию музыки сфер. Встреться Мы как-нибудь с Ысстх! там, в подобном барочном межпланетном мире, сады наслаждений не знали бы границ.