Глупо, конечно. Женского во мне осталось совсем немного. И то, я вспоминал об этом в основном, когда видел голого императора, с удовольствием уплетал сладкие плюшки, любовь к которым сохранил еще с прежней жизни, или когда выслушивал скабрезные шуточки от Зиля с Ежом, которые все чаще стали намекать, что мне пора бы обзавестись подружкой.

Зато отсутствие личной жизни помогало полностью сосредоточиться на работе. И только Талья какое-то время продолжала меня напрягать. Ровно до того момента, пока я не сообразил, что все ее выразительные взгляды — это своеобразная тренировка, отработка навыков на живом манекене. Ну, как мы… тьфу ты… вы, девушки, обычно делаете в период взросления, подчас даже не осознавая, что по-настоящему флиртуете.

С девчонкой я, естественно, поговорил. Как мог, постарался сгладить неловкость и, покопавшись в памяти, дал пару советов, как говорить, что надевать и как смотреть, чтобы привлечь к себе внимание, но при этом не переступить грань, за которой флирт переходит в пошлятину.

Талья, ясен пень, сперва обиделась. Потом расплакалась. Почти месяц со мной не разговаривала, но потом мы все-таки помирились. И вот с тех пор я пару раз в неделю заглядывал на кухню.

В ту ночь она приготовила роскошное угощение — настоящий борщ с пампушками, который я как раз намеревался попробовать, когда дверь с грохотом распахнулась, и на пороге кухни возник разгневанный император. Растрепанный, в съехавшей набок рубашке, с горящими глазищами. Честное слово, он был настолько зол, что я чуть не подавился капустой. А Талья при виде повелителя так испугалась, что едва не выронила горшок с мясной похлебкой, на которую у меня тоже были большие планы.

— Э, нет, второй раз мы сорить тут не будем, — пробормотал я, перехватив тяжелый горшок одной рукой тут же зашипев от боли. — Блин, горячо!

— Конечно, я же только из печи достала, — пролепетала девчонка и, спохватившись, сделала неуклюжий реверанс. — Здрасти.

Перехватив тяжелый взгляд его величества, я вздохнул.

— Тарелку тащи, чудо. Не видишь — повелитель голоден. Если не покормишь, он все тут разнесет. А если ты еще скажешь, что не напекла сегодня его любимых пирожков с яблоками, вообще уволит к такой-то матери.

Талья всплеснула руками и опрометью кинулась обратно к печи.

— Да как же не напекла! Напекла, ваше величество! Вот, еще горяченькие! Будете⁈

Карриан на мгновение растерялся.

— Да заходите, ваше величество, — угукнул я. — Жаль, что я разбудил вас раньше времени, но от борща не отказывайтесь, а то полжизни потом жалеть будете.