И, что самое интересное, в ряде архитектурных решений я находил соответствия с тем, что мне на своих рисунках изображала Лана.

— Какой-нибудь Аркаим местного разлива, — предположил вслух, оглядывая его с высоты пары сотен метров. — Город заброшен. Несильно заросший, но сверху не видно никаких признаков жизнедеятельности. Ни дыма от огня, ни движения живых существ.

— Что такое аркаим? — поинтересовалась Алина.

— Условное наречие одного из обнаруженных древних поселений за Уралом в моём мире, — коротко обрисовал я. — Нашли не так давно, лет полсотни назад, и назвали по имени одной из географических точек в округе. Представлял собой комплекс из городища и могильника. До сих пор раскапывают, изучают. Вроде как, немаленький был в своё время.

— Значит, и у вас цивилизации сменяли одна другую, — подумала вслух разноглазка. — Иначе бы об этом Аркаиме сохранились записи и предания. А с твоих слов выходит, будто его откопали из-под земли, как исчезнувший.

— По сути, так и есть. По различным данным, возраст города превышает три с половиной тысячи лет, плюс-минус двести-триста.

— Исчезнувшие города для нас не новость, — подала голос Ветрана. — На юге регулярно откапывают то одно селище, то другое. Иногда неподалёку находят останки целых армий. За некоторые поселения прошлого шли зело кровопролитные бойни.

— Важно не то, что мы нашли брошенный город, — пояснил я. — Важно то, что ваше естествознание не знает о существовании разумных людей по эту сторону Урала. Самый разумный вид — чудь белоглазая — должна была остаться за полтысячи километров отсюда, в отрогах Урала. А мы сейчас уже на плоскости Сибирской равнины. Тут мы можем встретить всё, что угодно, включая цивилизацию, существующую параллельно вашей. И молитесь, чтоб нас не приняли враждебно. Такие случаи в истории первых контактов не единичны.

— Вот послал же Господь Бог мироходца, — пробормотала Морозова. — И тебе ратник, и лекарь, и воевода, и естествовед… а я его ещё, скудоумная, гриднем себе нанять хотела…

По отделению прикрытия прокатилась лёгкая, едва сдерживаемая волна девичьих смешков.

— Подожди, покуда контракт отстреляю, — хмыкнул я. — Глядишь — ещё и рассмотрю твоё предложение.

— Город и вправду оставлен, — произнесла Бериславская тихо. — Причём, не опосля сражения. И посмотри на него, «Мастер». Вокруг ни единого укрепления. Просто… дома из камня. Посреди поля, у реки. Это не форпост, и не укреплённый район. А… как будто…

— Сельское, торговое или аграрное поселение, о чём свидетельствует развитая береговая инфраструктура, — согласился с напарницей. — Ни капониров. Ни вышек. Ни городской стены. Просто резко и из ниоткуда «вдруг» начинаются сооружения. Ты права. Это насквозь гражданский объект, который не предполагал силовых контактов. А что до сражений… дома выглядят очень монолитными. Надо постараться такие повредить. Бой, если и был, то случился за стенами города, или же применялась точечная тактика, направленная на зачистку капитального фонда без его разрушения. И обрати внимание на берег. Укреплён камнем. И пристани, пусть и деревянные. Это или торговый пост, или перевалочная база. Река использовалась как транспортная артерия.