— Мне тоже самое говорили про баронства. — улыбнулся я в ответ. — Так что всегда хорошо там, где нас нет.

— Верно заметил, — одобрительно кивнул Алекс. — Сила тут есть, тот же Край Скорби, но туда ходить страшно, да и опасно. Старшие рядом.

— Я там был, — сказал я осторожно, потому что не хотел вдаваться в детали того, как я оказался в Краю Скорби и что там произошло. — Проходил мимо. Место действительно жуткое. Но такая была работа.

— Смелый ты, парень, — сказал Алекс, качая головой, но не стал углубляться в тему, как я опасался. Он оглядел поляну и спросил: — Так что, будешь тренироваться?

— Да, — кивнул я. — Что тут обычно делают?

— Да всё подряд, — ответил Алекс, махнув рукой в сторону камней и турника. — Камни таскают, чтобы силу нарастить, на турнике подтягиваются, сколько раз сможешь, бегают вокруг озера — там круг примерно километр, так что, если раз десять пробежишь, уже хорошо. В воду ныряют, тренируя дыхалку. Кто как может, в общем. Главное, конечно, нагрузить тело, чтобы этер легче открывался. После тренировки медитируешь, пытаешься почувствовать его внутри себя, как он течёт по телу, как пульсирует в жилах. У кого-то получается быстрее, у кого-то медленнее. У меня, как видишь, медленнее, — он усмехнулся, но без горечи, просто констатируя факт.

Я кивнул, понимая логику. Физическая нагрузка подготавливала тело, делая его более восприимчивым к этеру, разгоняла кровь, заставляла мышцы гореть, а медитация помогала его открыть, позволяла сосредоточиться на внутренних ощущениях и поймать ту тонкую нить, которая связывала человека с миром энергии.

— Понятно, — сказал я. — Ну что ж, приступлю тогда.

— Давай, — улыбнулся Алекс. — Если что, подскажу. Только не надорвись в первый же день, а то завтра вообще встать не сможешь, я по себе знаю. Когда я первый раз сюда пришел, так переусердствовал, что три дня еле ходил, ноги отваливались, руки не поднимались, и каждое движение было пыткой.

Я начал разминку, потому что бросаться сразу к тяжёлым камням было бы глупо, всё же можно и травму заработать.

Минут десять, вращая руками, делая выпады, разогревался, а потом подошёл к куче камней и выбрал один из средних, килограммов на пятнадцать, не больше. Поднял его, почувствовал, как мышцы напряглись, примерился, и начал делать подъёмы над головой, считая про себя. С каждым разом становилось всё тяжелее, но я продолжал, потому что останавливаться сейчас, значило бы признать слабость, а этого я не мог себе позволить.

Дошёл до двадцати, бросил камень на траву, и руки тут же заныли, а дыхание сбилось, и я согнулся пополам, пытаясь отдышаться, и услышал одобрительный возглас Алекса.