Решение пришло быстро. Я ускорил шаг и догнал караван как раз в тот момент, когда они остановились у небольшого ручья, чтобы напоить животных. Охранники сразу насторожились, увидев меня. Один из них, бородатый детина с огромным пузом, отделился от группы и преградил мне путь. Рука его легла на рукоять меча, висевшего на поясе. Меч говорил о многом, им надо уметь владеть, это не копье.

— Стой, — буркнул он. — Кто такой и чего надо?

— Хочу идти с вашим караваном до Шэньлуна, — сказал я спокойно. — Я заплачу.

Бородатый смерил меня взглядом. Его глаза скользнули по копью в моей руке, задержались на тряпках, скрывающих клыки кабана, торчащих из рюкзака, потом вернулись к моему лицу. Явно прикидывал, практик я или нет, и если практик, то насколько опасен.

— Пять медяков до Шэньлуна, — наконец выдал он. — Держишься позади последней телеги, в разговоры с торговцами не лезешь, в неприятности не вмешиваешься. Мы тебя не охраняем, ты с нами просто идёшь рядом. Если кто нападёт, поможешь.

— Понял, — кивнул я, доставая монеты.

Он взял деньги, пересчитал и сунул за пояс.

— Меня зовут Ши Кун, я старший охранник. Если нарушишь правила, вышвырну тебя из каравана пинком под зад. Договорились?

— Договорились. — переть против и возмущаться я не стал, толстяку надо показать своё лидерство, пусть показывает, мне ссора ни к чему.

Ши Кун фыркнул и отошёл к своим. Я занял место в самом хвосте, позади последней телеги, гружённой бочками, от которых несло рыбой. Караван тронулся дальше, и я двинулся следом, вдыхая пыль и слушая скрип колёс. Сделка была честная. Я плачу за право находиться в толпе, которая с большей вероятностью отпугнёт разбойников и мелких духовных зверей. Охранники мало того, что получают деньги за то, что просто не гонят меня в шею, ну так ещё и получают дополнительного бойца, если всё-таки кто-то нападёт.

Остаток утра прошёл монотонно. Я шёл, смотрел по сторонам, слушал обрывки разговоров караванщиков. Они обсуждали цены на шёлк, ругали налоги в Шэньлуне, травили солёные шутки про местных чиновников. Обычная жизнь, далёкая от войн, практиков и тварей из других планов. Странно было осознавать, что где-то вот так люди живут спокойно, торгуют, смеются, не боясь, что на них в любой момент может обрушиться орда нежити.

К полудню мы остановились на небольшой полянке у дороги. Охранники расселись в тени деревьев, торговцы полезли в свои телеги за едой. Я уселся чуть в стороне, на поваленном стволе, и достал свои рисовые лепёшки. Жевал молча, наблюдая за караваном. Волы мирно жевали траву. Охранники передавали друг другу бурдюк с водой. Один из торговцев, пухлый мужчина в шёлковом халате, громко спорил с другим, тощим и нервным, о чём-то связанном с поставками. Всё было настолько обыденно, что я почти расслабился.