— Я хотел тебе отдать его, когда подрастешь, — внезапно произнес дедушка, глядя в сторону горной тропы, ведущей к их дому. — Знаю, Гектор был бы против… но мир стал бы совсем невыносим, если бы сыновья беспрекословно выполняли заветы отцов и наоборот.

Старый охотник достал что-то из внутреннего кармана и протянул Арди. Тот присмотрелся и с удивлением увидел на ладони дедушки старинный ключ. Массивный, тяжелый, местами с облетевшей краской и слегка ржавый. Арди помнил его. Отец никогда не расставался с этим ключом и всегда держал привязанным к поясу.

— Это ведь ключ от сарая! — удивился охотник.

Того самого сарая, что многие годы таил свои секреты от любопытных глаз.

— Перед тем как отправиться вниз, твой отец попросил меня выкинуть ключ в расщелину, но я не смог, — губы дедушки едва не захрустели, когда тот попытался едва заметно улыбнуться. — не смог расстаться с нашей историей, Арди. Да и не мой это выбор. Теперь уже не мой.

Арди потянулся было к ключу, но замер и посмотрел на дедушку. Как и прежде — тот излучал тепло и надежность. Даже будучи совсем слабым и из последних сил отказывающимся отправляться по тропам духов.

— Но…

— Никаких условий или требований, — покачал головой дедушка. — хочешь — забирай и возвращайся обратно в горы. Но я бы предложил тебе немного потерпеть. Ведь тропы охотников тоже не сразу тебе дались. Так, может, и к здешним, тоже надо сперва привыкнуть. В конечном счете, Арди, самые трудные ответы мы получаем совсем в других местах.

Дедушка явно услышал тот вопрос, что Арди спросил у ветра в прошлую ночь — «и кто я теперь?». А еще дедушка прикоснулся ладонью до груди внука. Точно так же, как это сделала недавно Атта’нха.

Старый охотник закашлялся, замахал рукой на Арди и, опираясь на посох, побрел к креслу на крыльце — собирался немного вздремнуть на свежем воздухе. Арди провожал его взглядом, но помощи не предлагал. Это только бы оскорбило дедушку. Как и все охотники, которым приходил срок, он не искал ни заботы, ни поддержки, только возможность достойно и тихо уйти. Так, чтобы стая даже не заметила.

Таков закон охоты.

Но только Арди не помнил, чтобы охотники владели резными посохами, с начертанными на них символамиискусства .

— Дедушка, — окликнул он единственного, кроме него, Матабар.

Тот остановился, но не обернулся.

— Ты ведь Эан’хане, так? — спросил Арди, пусть, глубоко в душе, уже знал ответ на этот вопрос. — Никто из духов-хранителей не учил нашу стаю языку Фае. И никто из охотников, как бы хорошо он неслышал , не смог бы заставить измениться уклады и сделать так, чтобы Эргар стал моим учителем, хоть я и не подходил для путей барсов.