Вопрос только в одном — на кого сейчас направлен весь её гнев? На отца? Или она решила, что виноват весь мир, и пришло время отплатить всем и сразу?

Чёрт… сейчас бы не помешало нормально поговорить с Емелей. Он же явно только недавно узнал правду о своих настоящих родителях, а значит, у него тоже есть своя версия этой истории — и, возможно, ответы, которых мне не хватает.

Пу-пу-пу… а кто еще знал достаточно много, чтобы раскрыть некоторые факты об этой девушке? В голову приходило только одно имя — Прасковья Самарина. Только вот где искать ее, я не имел ни малейшего понятия. Ведь после истории с «фиалковым очарованием» она как сквозь землю провалилась. Прям как Емеля.

Хммм… а вдруг они сбежали вместе и сейчас нежатся под солнцем где-нибудь на пляжах Доминиканы, попивая коктейли и весело посмеиваясь над тем, как все мы тут мечемся, пытаясь найти хоть какие-то зацепки?

Да нет, бред какой-то.

Если хорошенько подумать, в Новгороде есть один человек, который может знать, где сейчас находится Прасковья. И этим человеком был Таро — главный криминальный авторитет во всём городе, а по совместительству отец Самариной. И что самое хорошее — у меня есть, что ему предложить в обмен на информацию.

Я резко вскочил с кровати и потянулся за мантией, но в тот же момент передумал. В те места, куда я сейчас собирался сунуться, светиться принадлежностью к Школе Закатного Пламени — так себе идея.

— Ты куда-то собрался? — Ярик поднял голову, когда я начал натягивать куртку.

— Есть одно дело, — уклончиво ответил я, проверяя палочку в футляре.

— В такое время? — Ярик многозначительно указал на темное окно. — И в одиночку? После всего, что произошло?

Я улыбнулся:

— Не переживай. Со мной теперь постоянно есть… надежная поддержка.

Мой друг пристально посмотрел на меня:

— Тебе помощь нужна?

— В этом деле лучше действовать одному, — я подозвал Пушистика, который тут же запрыгнул мне на плечо. — Поверь, чем меньше ты обо всем этом знаешь, тем лучше будет для тебя.

— Как знаешь, — Ярик пожал плечами, но в его голосе сквозило беспокойство. — Только… будь осторожен, ладно?

— А когда это я был неосторожен? — усмехнулся я.

— Хммм… примерно… всегда⁈ — абсолютно серьезно ответил он, после чего тяжело вздохнул и вернулся к работе над маячками.

Таверна «Кривой клык» располагалась в самом неприглядном уголке Новгорода — там, где обычные горожане старались не появляться после заката. Район, известный среди местных как Пепелище, имел дурную славу прибежища всякого сброда — от мелких воришек до беглых Одержимых.

Я чувствовал на себе десятки взглядов, пока шел по узким улочкам. Из темных переулков доносились шепотки и приглушенные голоса. Кто-то даже назвал мое имя, и по тому, как мгновенно затихли окружающие звуки, я понял, что здесь меня узнали.