Их кожа начала буквально таять, стекая с костей подобно воску на жаре. Они кричали, пока тени проникали под кожу, разрушая их изнутри. Процесс длился не больше десяти секунд, но казалось, что прошла вечность. Когда тени рассеялись, на месте бойцов остались лишь три бесформенные груды плоти и обглоданных костей.

— Сукин сын! — рыжеволосая Демоноборица, с которой я сражался бок о бок, заплакала от ярости и горя.

Её горе мгновенно сменилось яростью. Выставив перед собой палочку, она начала чертить в воздухе сложную фигуру, которая медленно наливалась алым светом. Когда рисунок был закончен, она выкрикнула заклинание, которого я никогда раньше не слышал, и воздух перед ней буквально разорвался, выпуская фонтан багрового пламени.

Огонь устремился к жрецу, пожирая всё на своём пути. Несколько младших культистов, оказавшихся между ними, сгорели до костей за долю секунды. Когда пламя достигло жреца, оно охватило его подобно кокону, и мне показалось, что битва окончена.

Но затем произошло невероятное: пламя, вместо того чтобы сжечь жреца, начало вращаться вокруг него, темнея и меняя свою природу. Через пару секунд огонь полностью почернел, а затем схлопнулся обратно, устремившись к своей создательнице.

Демоноборица попыталась создать щит, но тёмное пламя прошло сквозь него как сквозь воздух. Когда огонь коснулся её, она даже не успела закричать — всё её тело в одно мгновение обратилось в пепел, который медленно осыпался на пол пещеры.

На другом конце зала культисты прижали к стене группу из четырёх Демоноборцев. Трое из них создали объединённый щит, пока четвёртый, стоя за их спинами, посылал оглушающие заклинания через крошечные отверстия в защите. Это была образцовая оборонительная тактика, и какое-то время она работала.

Но затем в бой вступила невысокая женщина-культистка с длинной чёрной косой. Она что-то шепнула своим соратникам, и те разом атаковали одну точку щита. Когда защита в этом месте ослабла, женщина молниеносно метнула сквозь брешь крошечный серебристый дротик.

Один из Демоноборцев, поддерживавший щит, схватился за горло, откуда торчало миниатюрное жало. В первый момент на его лице отразилось лишь удивление, но затем тело бойца начало раздуваться, словно внутри него рос невидимый воздушный шар. Кожа натянулась, вены вздулись, глаза выкатились из орбит…

Культистка с косой рассмеялась — жутким, неестественным смехом, которому вторили её товарищи.

— СМЕРТЬ ИМПЕРСКИМ ПСАМ! — закричала она, и остальные культисты подхватили этот клич.

В другой части пещеры массивный культист с блестящей лысиной и багровой татуировкой на лбу выполнил сложное движение руками, и пол перед ним пошёл рябью, словно поверхность воды. Пещера содрогнулась, и через мгновение из-под земли вырвались каменные шипы — острые, как бритва, и двигающиеся с невероятной скоростью.