— Нормально, — подумал я.

Аккуратно прикрыл дверь. Закрылась. Открыл-закрыл. Ты смотри ка. Хлопать не надо, как в нашем старом холодильнике «Саратов».

Наш «прикреплённый» ключом отпёр багажник.

— Михаил, иди сюда, — позвал он.

Я подошёл.

— Вот горловина второго бензобака. Переключается бензопровод из салона.

Он прикрыл багажник и, пройдя вперёд, и открыв водительскую дверь, сел на сиденье и просунул левую руку под торпеду.

— Вот тут. За рычагом капота. Нащупаешь сам потом.

Вставив ключ в замок зажигания, он провернул его и машина, раза четыре вжикнув, завелась и мотор заработал.

— Двигатель тут мощнее, чем на обычных Жигулях. Вообще-то эти машины специальные и предназначены для… Ну, ты понял, для кого. Их в год делают штук пятьдесят всего. Двигатель один и шесть литра. Мощность семьдесят восемь лошадей. Задние пружины усилены. Есть электро-усилитель руля. Омыватель стекла электрический.

— А какой он ещё может быть? — удивился я.

Охранник посмотрел на меня и усмехнулся.

— Ножным, Михаил. Ножным. Левой ножкой качнул, и водичка полилась. А тут кнопочка.

Он показал на тумблер.

— Ладно, отойди. Выведу.

— Да, я сам выведу, — обиделся я на подначку.

— Да? Ну-ну…

Он вылез. Я залез.

— Про движок не забывай. Мощный. И со сцеплением аккуратнее.

Понадавив на педаль газа и послушав звук довольно тихо работавшего двигателя, я поправил зеркала заднего вида, для чего пришлось сначала открыть стекло, а потом выйти и глядя в зеркало найти в нём примерное расположение головы. Впрочем, мы с «прикреплённым» были примерно одного роста, а потому, я это делал больше по причине мандража.

Сцепление я отпускал медленно, наплевав на то, что могу пожечь, и машина тронулась мягко и вписалась в ворота, которые, если что, находились не напротив, а чуть в стороне, идеально.

— Нормальный ход, — почему-то сказал «прикреплённый». — Обладаешь! Ну, что, куда поедем?

— Я Москву не знаю, — соврал я.

— Так, на Таганку и поехали. У нас в двенадцать встреча с… Ах чёрт… Переодеться же надо.

— Так, давайте здесь и переоденемся. Я помогу.

Хм! Переоделись в брови, усы, бороду, парик, простую серую рубашку и пиджачную пару, слегка потёртого и немодного вида, не новые, но чистые туфли.

— Гримироваться тебе не надо. Ты так загорел, что сойдёт за старческую пигментацию.

— Согласен, — подтвердил «помощник».

— Высоцкий сам актёр. Может и увидеть фальшь.

— Фальшь — твой голос, — сказала Ирина. — Будешь немым старцем. И за руку его не бери. Руки то у тебя молодые. Со спины зайдёшь.

— А что это вы с Семёнычем задумали? — позволил себе задать вопрос «помощник».