— Всё нормально! — она обернулась. — Я кажется нашла нужную тропу!

— Тропу? Ты в своём уме⁈ Там овраг! — крикнул Реван, но делать было нечего, погоня слишком близко, а от арбалетных болтов спасает только магическая защита, которая, увы, не вечна. — Соран! Давай за ней!

— Но это большой крюк! — попытался было возразить ученик, но приближающиеся всадники быстро заставили его послушаться Ревана.

Чем ближе к оврагу, тем тяжелее был воздух вокруг, будто давя на плечи. Свет солнца померк, а звуки вокруг стали глухими, доносясь как сквозь толщу воды. Реальность вокруг стала вязкой, будто в дурном сне. Только за фигурой Мистлев тянулся шлейф как дуновение свежего ветерка.

— Что происходит? — недоуменно спросил Соран, вертя головой.

— Не знаю, — честно ответил Реван. — Но я бы не сбивался с тропки Мистлев, — и он указал на серебристые следы из-под копыт её лошади. Быстрее!

Некромант пришпорил коня, почувствовав, что реальность снова начинала проясняться, а время ускорилось. Серебристые следы ускользали, и что-то Ревану подсказывало, что они с Сораном ни в коем случае не должны потерять их. Стоило им поймать тропу, как всё вокруг преобразилось. Стволы деревьев стали толще и выше, а кора приобрела серебристый оттенок. Иногда до слуха эхом доносились чистые звонкие голоса, будто эльфы никогда не покидали этих земель и вот-вот покажутся за ближайшим холмом.

Но очаровываться происходящим было нельзя. Если Реван правильно понял, где они оказались, в этой межреальности не стоило мешкать. Встретиться здесь с опасными мёртвыми было так же легко как и с эльфами. Он гнал коня во весь опор, чтобы не потерять Мистлев и вьющуюся за ней серебристую тропу. Некромант не понимал, сколько времени прошло, он потерял ориентацию в пространстве и в конце концов запутался даже в направлении. Здесь не светило солнце, не было луны или звёзд, так что определить сторону света или время суток оказалось невозможно.

Реван отчётливо ощущал дуновение Той Стороны, о которой много писали в трактатах об эльфах и их чародействе. Никогда прежде ему не приходилось хотя бы на миг прикоснуться к этому, он и в существование Троп не верил — считалось, что со временем они истончаются и рвутся. Ни один человек без воли эльфа не мог ступить на эти дороги, маги при телепортации пользовались совершенно другими путями и методами. Они лишь сминали и прорывали канву реальности, но не перемещались во второй слой существующего мира в отличие от эльфов.

Чем дольше некромант был на Тропах, тем спокойнее ему становилось. Тревоги и страхи уходили, оставались где-то там, далеко-далеко в смертном мире. «Я же не умер?» — пронеслось в голове. И, словно в опровержение этой мысли, серебристая дымка эльфийских лесов начала таять, сквозь неё снова проступала обыденная реальность. Звуки возвращались в мир вокруг, как и холодный ветер, крики птиц и непривычное теперь солнце.