— Интересно, — спросила Элия у ввалившегося в зал вместе с толпой лорда Жерома (тот бродил поблизости, гадая, чем окончится разговор наместника с дерзкой сказительницей и не понадобится ли его вмешательство, чтобы помочь девушке), — что сдохло для того, чтобы получился такой дивный аромат?
— Не знаю что, но разлагалось оно долго, — меланхолично заметил господин искусств. — Кстати, моя дорогая, вы не в курсе, что за недуг приключился с наместником? — Он с легкой улыбкой посмотрел на принцессу. В полунасмешливом тоне лорда Жерома проскользнули нотки уважения к бесстрашной девушке.
— Сама теряюсь в догадках, лорд. Наместник был так… не сказать чтобы весел, но бодр и энергичен. И вдруг такое несчастье, его разбил паралич, — язвительно отозвалась принцесса.
— Бывает, — смекнув, что сказительница не так проста, как кажется, хмыкнул мужчина и предложил Элии руку. — Пойдемте, не будем мешать исцелению таинственной болезни его светлости. Кстати, вы не собираетесь покинуть дворец? — воспользовавшись суматохой, украдкой уточнил Жером.
— Не выступив перед его занедужившей светлостью? Ни за что! Остаться и развлечь больного есть прямой долг истинных сказителей, — отвергла богиня завуалированное предложение к бегству.
— В таком случае я сочту за честь лично препроводить вас в отведенные комнаты, — предложил господин искусств, гадая о том, что же на самом деле произошло между наместником и сказительницей и почему она так уверена в собственной безнаказанности: из природного легкомыслия или напротив.
— А разве господин искусств обязан показывать комнаты скромным сказителям? — задорно поинтересовалась девушка, как только они вышли из зала.
— Нет, — признался мужчина, тая улыбку в синих глазах. — И обычно мы размещаем их в парковых флигелях, но для столь выдающихся сказителей сделано исключение. Кроме того, мне хотелось бы продолжить столь грубо прерванный… разговор об иллюзиях.
— Приятно поговорить об иллюзиях со знающим и тактичным человеком, — кивнула принцесса, погладив тонкую, но сильную руку мужчины.
Глава 17 Укрощение строптивых — 2
Когда Вальдорн наконец осознал, что снова может двигаться, первым делом он наградил несчастного лекаря весомой оплеухой, от которой Демис отлетел к самым дверям зала. Затем наместник встал на подрагивающие конечности и попытался привести в норму частично занемевшее тело. Похоже, у него напрочь отшибло память о координации движений и прямохождении на двух конечностях.
— В-ва-ша светлость… — прозаикался кое-как поднявшийся с пола Демис, потирая ушибы и печально оглядывая порванный камзол, за который только десять дней назад выложил целых два золотых полуальша. Вдобавок на ткани проступало пятно от расколовшейся нюхательной склянки.