— А Брианэля ты к себе потом месяц не пускала, рассердилась за витраж и кровать, — утирая с глаз слезы, хихикнул Джей.
Элия весело улыбнулась и взлохматила волосы все еще сидящего у стены брата. Тот на мгновение привалился к ее ногам — и вот уже подскочил, энергичный и деятельный. От хмурого настроя, вызванного вторжением Кальтиса, не осталось и следа.
Глава 29 Неуместный вызов и его последствия
После содержательной и донельзя увлекательной беседы с королем Альвиона прошло не меньше трех часов, прежде чем он, расплевавшись с текущими государственными делами (бог ты там черной магии или нет, а править одним колдовством невозможно), послал за сказителями. Время уже близилось к обеду.
Обдумавший странный разговор, Кальтис горел желанием вновь встретиться с загадочной девушкой. Но, стремясь продлить новое для себя удовольствие, оттягивал свидание наедине — для начала он и в самом деле решил послушать байки сказителей. Король даже милостиво позволил присутствовать при сем событии советнику, сыновьям и нескольким дворянам познатнее.
Кинув пару забавных баек для разогрева царственной публики, Джей перешел на более длинные произведения.
— Для начала маленькая добрая сказка «О том, как важно правильно выбрать одежду на первый бал», — торжественно провозгласил Джей под понимающие кивки слушательниц женского пола и удивленные взгляды — ну ты, сказитель, и выбрал тему — мужской части публики. Хитро подмигнув, дескать, не все в названии то, чем кажется, принц приступил к повествованию: — Эта занятная история началась в одном далеком королевстве в замке графа Реборна, вдовца, в одиночку воспитавшего троих отпрысков.
Элия выдала вид на небольшое королевство с высоты птичьего полета, потом приближение на скромное графское поместье и, наконец, изображение самих участников истории.
— Жена у графа умерла родами, дав жизнь в придачу к уже имеющейся очаровательной крошке-дочурке двум паренькам-близнецам, Ильду и Дильду. Поскольку благое женское влияние на девочку, названную Тильден, ограничилось молочным периодом во младенчестве, росла Тиль настоящей хулиганкой, участвовавшей во всех проказах наравне с братьями. Да, учили ее всяким танцам, вышиванию, манерам, но едва кончался нудный урок, как девушка со всех ног бросалась на поиски братьев или они уже поджидали ее, чтобы сообща пошалить. Время шло, из крошки Тиль превратилась сначала в угловатого подростка, потом в хрупкую, тоненькую красавицу, но желания напроказить у нее не убавлялось. Отец только вздыхал, когда управляющий в очередной раз докладывал ему о выходках троицы сумасбродных отпрысков. — Элия живописала серию террористических актов малолетних вандалов, Джей привел подробности выходок и резюмировал: — Но поднять руку на негодников — живую память о почившей супруге — Реборн не решался.