— Извини, если невзначай обидел чем, — сказал я, пожимая плечами. — Честно, не помню. Может, и впрямь вёл себя не очень.

Старик замахал свободной рукой.

— Нет-нет, что ты! Не за что извиняться. Не обижал ты меня. И никого не обижал. Ты рос славным парнем. Тихим. Послушным. — Он сделал паузу. — Слишком послушным, пожалуй…

Старик внезапно замялся, взгляд метнулся куда-то в сторону, избегая встречи с моим. От меня эти перемены не укрылись. Вероятно сболтнул что-то такое, о чём тут же пожалел. Этот момент заинтересовал меня не на шутку. Но давить не стал. По старику видно, что он больше ничего на эту тему не расскажет. Просто уйдёт, и всё.

Отложил эту тему в памяти, пометив её флажком: «Срочно разобраться». Нужно будет ещё раз побеседовать со стариком, раскрутить его на историю. Мне ведь нужна любая информация, каждая мелочь. Как-никак это теперь моя жизнь, не чужая. И я должен владеть всеми вводными, чтобы понять, кто я и что со мной происходит.

Я решил вернуть разговор в более безопасное, но информативное русло — к школе.

— А почему закрывают школу? Раз многим детям придётся чуть ли не в другой город ездить, значит, она нужна здесь.

Николай Семёныч издал смешок. Снял кепку, провёл мозолистой ладонью по редким, всклокоченным седым волосам и снова нахлобучил её на голову.

— Место, Егорка, — нехотя ответил он. Взгляд его посмурнел, как у человека, который слишком многое видел и уже перестал удивляться. — Место нужно. Ходят слухи… — он понизил голос, хотя вокруг, кроме нас, ни души не было, — что здесь торговый центр хотят возвести. Новомодный, с кинотеатром и с этим, как его там… фуд-кортом. Вот! А земелька-то муниципальная. Школу — под снос, дома вокруг, — он обвёл округу рукой, — туда же. Взамен обещают квартиры в новых домах. Но… — Старик криво ухмыльнулся. — Верится слабо. Особенно тем, кто здесь всю жизнь прожил.

Он чиркнул взглядом по ближайшим домам. Я тоже посмотрел.

— И мать должна об этом что-то знать? — уточнил я.

— А как же, — подтвердил старик. — Она ведь теперь в мэрии работает. Девка неглупая, выбилась в люди, — прибавил он с ноткой гордости, будто говорил о собственной дочери. — По-любому в курсе того, что задумали. Должна быть в курсе.

Я завис.

— В мэрии?.. — переспросил я. — Не в школе?

— Нет уж. Какая школа с её-то характером? Она то ли в отделе по связи с прессой, то ли кем-то при управе работает. Не знаю. Бумагой ворочает, решения какие-то подписывает. Шустрая. Многих своих бывших коллег туда пристроила, чтоб не пропали.

Вот те раз. Мать у меня, оказывается, чиновница. Неожиданный поворот событий. Очень интересный. Это многое объясняло в её властных манерах. И это же добавляло горький привкус к истории со школой.