— Э-э-э… — осторожно сказал Паша. — Тут вообще-то мы уже…
— Да плевать на вас, — махнул рукой чубатый, на секунду отпустив чемодан. — Просто убирайтесь отсюда, и все будет хорошо. Для вас, конечно.
Паша закрыл рот и посмотрел на меня. Я поймал его взгляд и улыбнулся, ничего не говоря, продолжая лежать на кровати.
Новые ребята наконец-то затащили свои чемоданы в комнату и встали посередине, уперев руки в бока:
— Вы еще тут? Вы, недоразумение магическое, с вами вообще-то маги разговаривают! Давайте, освобождайте нам помещение по-быстрому!
— А какие конкретно маги с нами разговаривают? — наконец вмешался я, спуская ноги с кровати и садясь. — С кем, так сказать, имею удовольствие познакомиться?
— Я Николай Разумовский! — вскинул подбородок чубатый. — А это Юрий Марипосов! Так что давайте, у вас пять минут, чтобы собрать вещи и освободить эту спальню для господ аристократов!
Паша что-то тихо пробубнил и начал собирать вещи обратно в чемодан. Я щелкнул пальцами, привлекая его внимание, и, когда он посмотрел на меня, покачал головой с улыбкой. Затем снова обратился к аристократам:
— А где тут аристократы? Я вижу только двух клоунов, которые оделись в дорогую одежду и думают, что так сойдут за своих. Но их выдает колхозный лексикон и замашки гопники. Вы вообще откуда, из какой деревни? Верхние Пышки?
— Как ты смеешь, тля… — прошипел приятель чубатого, поднимая руки. — Убирайся отсюда, пока мы просим по-хорошему!
— А, это по-хорошему? — я улыбнулся. — А по-плохому это как?
В ответ на мой вопрос в руках аристократа закрутился маленький вихрь, похожий на торнадо. Паша, увидев это, издал какой-то непонятный звук и выскочил из комнаты, словно у него была торнадофобия.
А я вздохнул, поднялся с кровати и приготовился начистить еще одну аристократическую рожу.
Что ж вы себя не бережете-то, а⁈
Глава 3 Лесные сказки
— Ну что, тля? — угрожающе протянул Разумовский, поднимая руки с крутящимся вихрем, который, казалось, был готов вырваться из его контроля. — Начнем показательную порку?
Юный аристократ понизил голос, стремясь придать ему угрожающих ноток, но на самом деле по покрасневшему лицу было видно, что он чуть не пустил петуха от напряжения.
— А ты что, из этих? — делано удивился я, стараясь скрыть волнение за маской иронии. — Я не осуждаю, просто ни за что бы не подумал. Ну, это как минимум смело — так признаваться, что ты мечтаешь, чтобы тебя выпороли.
Я усмехнулся, чувствуя, как теплеет камень в груди.
Согласен, сейчас будет веселуха.
— Все, ты мне надоел! — выдохнул Разумовский, его лицо исказилось от злости, и он размахнулся, чтобы послать вихрь в мою сторону. В этот момент я почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает, словно перед грозой.