Я кивнул — именно керамическая плита стояла в спине моего рюкзака в прошлой жизни.

— Ну вот это что-то вроде того, только еще лучше. В отличие от керамики, керамит полностью поглощает всю принятую энергию, поэтому ни о какой заброневой травме не может идти и речи. При попадании в керамитовую броню пули из пулемета калибра двенадцать и семь носитель брони ощущает только легкий удар… Примерно как журналом, скрученным в трубочку, шлепнуть.

— Но броня разрушается? — уточнил я.

— Разумеется, разрушается! — Старьевщик аж всплеснул руками. — От такой-то мощи!

Ну, тут он был прав. Двенадцать и семь это калибр, который пробивает кирпичные стены и броню легких боевых машин, а о человеке и говорить нечего, какой бы класс защиты он на себя не нацепил. Поэтому керамит, если он и правда делает все то, что рассказал о нем Старьевщик, это невероятно крутая вещь при любых раскладах. Не удивлюсь, если броня из него выдержит даже удар оружия армамантов, вряд ли там энергии больше, чем в пуле из «Корда».

— Беру. — кивнул я. — Все беру.

За керамит я отдал еще четверть своего денежного запаса, и уже собрался было уходить, как Старьевщик внезапно спросил:

— А вы случайно промокашку не желаете приобрести?

— Так. — я, уже шагнувший к двери, развернулся и вернулся к столу, — Что за промокашка?

Старьевщик снова полез под стекло и достал то, на что я до этого момента вообще не обращал внимания — несколько тонких листов желтоватой бумаги. Она шуршала у него в руках, как будто была чем-то покрыта.

— Это промокашка. — сказал Старьевщик, отделяя один лист и показывая его мне. — Вспомогательный артефакт, разумеется, рукотворный. Его уникальное свойство состоит в том, что он вытягивает свойства других артефактов на себя.

— Это как? — не понял я.

— А вот прямо как промокашка втягивает пролитые чернила! — довольно улыбнулся Старьевщик. — Достаточно завернуть в промокашку любой артефакт, кроме разломных, конечно, и он превратится в бесполезную безделушку, а его свойство перейдет на промокашку. А потом можно завернуть в нее другую безделушку, и уже она станет этим самым артефактом. Именно с помощью промокашек и творятся самые великие и сложные артефакты с несколькими свойствами. Сначала делается несколько артефактов, а потом их свойства через промокашки переносятся в одну, специально рассчитанную и изготовленную форму.

— И как конкретно это работае? В смысле, как оно вытягивает свойства артефактов?

— О, я не силен в магии. — Старьевщик махнул рукой. — Я только слыхал, что это как-то связано с впитыванием маны. Вроде как промокашки впитывают из артефакта ману, а вместе с ним — и свойство тоже.