И в руке Мухи только это самое горлышко и осталось. Остальная часть бутылки, крутясь и разливая вокруг себя воду, полетела в зал, но далеко не улетела. Незнакомка, далеко вытянув руку, перехватила ее в полете, а потом крутанулась на барном стуле, и с разворота впечатала бутылку в голову Мухе!

Бам!

Зазвенели осколки, в голове резко помутилось и затрялось, как от хорошей двоечки в бороду. Муха зашатался, ноги подкосились, и он упал на одно колено, едва держась.

Девушка не спеша стекла с барного стула и подошла к Мухе. В руке у нее лежал длинный черный нож, простой формы, без всяких там зубьев и пил…

И почему-то именно его простота пугала больше всего… Сразу становилось понятно, что это инструмент для убийства. Настолько же простой, насколько и эффективный.

— Я предупреждала. — тихо прошелестела девушка, подходя ближе.

— Я тебя не коснулся! — заорал Муха, опираясь на здоровую руку. — Я тебя не коснулся!

— Знаю. Поэтому и ломать руку тоже не буду.

И ее нож тремя короткими росчерками мелькнул в воздухе, пересекаясь с рукой Мухи в трех местах. Запястье, локоть и плечо.

Секунду все оставалось на своих местах, а потом рука внезапно подломилась и просто перестала слушаться. Дощатый пол бара внезапно резко подпрыгнул, и ударил Муху прямо в нос, отчего тот поплыл окончательно. Он упал на пол, кое-как перекатился на спину, и попытался позвать на помощь, но из легких донесся только булькающий хрип.

А потом над ним склонилась незнакомка. Ее лицо все еще прикрывал широкий капюшон, но в его глубине хорошо были видны глаза девушки. Ярко-зеленые, с невозможными вертикальными зрачками, как у кошки.

— Увижу тебя еще раз… — прошелестела она. — Выпотрошу, как свинью на скотобойне. И гарантирую — ты после этого даже останешься жив. Какое-то время.

И она исчезла, оставив Муху дергаться на полу бара. Хлопнула входная дверь, звук громко ударил по больной голове, заставляя мир гулять и крутиться вокруг. Муху замутило, и он почувствовал, что еще чуть-чуть — и он окончательно вырубится.

— Ты идиот! — над Мухой возникло лицо Гриди. — Что ты творишь⁈ Я же тебе с самого начала показал — не связывайся с ней!

Муха попытался объяснить, что он воспринял это как «Я ее не знаю», но из легких опять вырвался только булькающий хрип. Сознание уплывало куда-то вдаль, свет постепенно мерк, и откуда-то издалека, как через слой ваты, снова донесся голос Гриди:

— Тебе еще повезло, что ты жив остался! Она же из Черных Сестер!

* * *

Следующие два дня были очень напряженными. У нас не только продолжались занятия по университетской программе, но и добавились тренировки по аэроболу. Команда, с которой меня познакомил Маус, поначалу восприняла мое появление без энтузиазма… Впрочем, судя по их виду, они все воспринимали без энтузиазма — как и сам Маус поначалу.